Роман пожалел, что не спрятал фото.
– Я в роскошестве не нуждаюсь.
– Дело не в роскоши, а в уюте. Создавать его ты не умеешь. Я на минуту заскочил, уезжаем мы.
– Как уезжаете? – не понял он. – Куда?
– В Выборг. Эмиссары АПГ начинают догадываться, кто я в иерархии «Триэн», могут спровоцировать нападение. А ты рядом, не ровён час подвернёшься под руку. Так что прощаться давай.
Роман пожал протянутую руку, покачал головой, не зная, что говорится в таких случаях.
– Может, ещё обойдётся?
– Не обойдётся, по-умному работают твари, исключительно талантливо формируют мнение о моём несоответствии занимаемой… – Варсонофий сжал зубы, останавливая себя.
– Местное управленческое чиновничество – такая клоака! А ты будь поосторожней, не высовывайся понапрасну, если вычислят, кто ты есть, костей не соберёшь. Кстати, знаешь, что в нашем зоопарке слон сдох?
Роман пошевелил губами, вспоминая «сброс» преследующего щупальца мыслеволи в голову слона.
– Отчего сдох?
– Да кто ж знает, скоропостижно скончался, в минуту. Ну, бывай, пошёл я, не поминай лихом.
– Варсонофий пожал локоть соседа. – Юнька хочет заскочить, попрощаться.
Он вышел.
Тренькнул айком.
Роман включил, услышал голос Вьюгина:
– Привет, висв, как здоровье?
– Нормально.
– Береги себя, ты нам нужен здоровым.
Роман вспомнил разговор с Афанасием, случившийся после того, как его подлечили лекари «Триэн», и он смог ответить на звонок.
– Спасибо тебе! – поблагодарил полковник. – Нашли мы ту подлодку, отогнали. Гнали так, что команда надолго этот поход запомнит.
– Как там, на Севере? – спросил Роман.
– Север красив, но не для меня, я другую природу люблю. Поправляйся, навещу тебя через пару дней.
Он и вправду приехал тогда в Псков и долго рассказывал о своих впечатлениях от командировки в Арктику. И орден привёз – «За заслуги перед Отечеством» IV степени.
– Вот, радуйся, Евсеич расщедрился, выписал как секретному сотруднику. Носить не рекомендую, спросят – за что."
"Тогда Роман не придал награде значения, но после рассмотрел и проникся.
Наградами такого уровня похвастать мог далеко не каждый.
Он кинул взгляд на шкаф в прихожей, где на полке лежала коробочка с орденом. Держать её здесь было опасно, и у него давно зрела мысль отдать орден на хранение дяде Коле Саперавину или деду Митяю.
Стукнула дверь. На пороге возникла Юна, одетая в джинсовый брючный костюм. В глазах её стояли сомнения, вопросы и тревога.
– Мы уезжаем.
– Знаю.
Два взгляда один в один!
Чего она хочет? Смотрит – как дразнит.
