— Переживаю! Меня тут, если вы не заметили, оскорбили! — Гил сделал брови домиком и печально выпятил нижнюю губу.
— И твое раздувшееся чувство ущемленного достоинства не пролезло в форточку? — осклабилась я.
— Так. Ты — выметайся, — Лесс указал на полуэльфа, а потом перевел палец на меня, — ты — отсыпайся еще минимум сутки, я — пошел искать Полли. Все все поняли? Хорошо.
Я выскочила прямо между Лессом и дверью, поразившись, как ловко у меня это вышло:
— Признайся, ты не берешь меня с собой, потому что…
— Да, Хель, потому что у тебя сейчас нет магии, и это будет очень опасно.
Со мной пойдет Ли, так что можешь не переживать. И не делай глупостей, очень тебя прошу. Я хочу быть уверен, что хотя бы с тобой все в порядке."
"Я надулась, скрестила руки на груди и с размаху уселась на кровать, так ничего и не ответив. Лесс, вздохнув, захлопнул за собой дверь, а я, не сдержавшись, отправила ему вслед подушку, попав вместо двери в стену и сбив какую-то грамоту в рамочке.
— А чего он такой суровый-то? — Гил слез с подоконника и пристроился рядом со мной.
— Брат? Отец? Муж? Ревнивый возлюбленный?
— Друг, — фыркнула я, задумавшись, что, как бы я ни сердилась на Лесса, но простого «друг» уже было недостаточно. Хотя объяснять это Гилу вовсе было незачем.
Тем более меня наконец посетила гениальная в своей простоте мысль.
Лошадь из местной конюшни мне взять не разрешили, видимо, в наказание, что я разболелась и прогуляла лекции. А вот саму меня из Академии выпроводили с радостью: жалобы на плохое самочувствие и нежелание отвлекать госпожу Тиэльскую вкупе с вполне искренней мечтой «поскорее излечиться и вернуться к преподаванию» помогли мне крайне правдоподобно выглядеть в глазах сира де Асти.
Торжественно поклявшись, что я лишь сбегаю до знахарки за парочкой целебных настоек и мухой обратно, я выскочила за ворота. Крупная птица тут же приземлилась мне на плечо, одобрительно крякнув, а я щелкнула ее по клюву.
— Ты кто вообще? Сокол, орел, ястреб?
— Беркут я, — огорчился Гил, взмахнув крылом, и, стукнув им меня по носу, слетел на землю.
Пока я хмуро потирала кончик носа, парень перевоплотился.
— Что-то беркут из тебя мелковатый получился, — усмехнулась я. Полуэльф был где-то на треть меньше, чем обычные беркуты, хотя Ли рассказывал, что все звериные ипостаси получаются крупнее самих животных. И, кстати, наглядно изобразил оборотня-хомяка. Грызун, украшенный моей разбушевавшейся фантазией, оказался крайне пугающим.
