— Ко-о-о-от! Покажи ему, остроухий! Тебе ни за что не победить, кошка драная! — долетали до меня отдельные выкрики.
Как и обещал Гринвальд, прозвище для меня нашлось действительно быстро, и на арене я стал известен как Кот благодаря то ли медальону, то ли еще чему. Меня подобное прозвище вполне устраивало. Я бегло окинул взглядом трибуны, безнадежно пытаясь рассмотреть Севриль, но это было невозможно. Если ее муж — брат моего владельца, то она наверняка с ним в главной ложе, одна из тех дам в разноцветных платьях, лица которых оставались абсолютно неразличимы.
Заглядевшись наверх, я пропустил выход своего противника.
Тот оказался действительно огромен. Крупнее меня раза в два как минимум. Длинные черные волосы были забраны в хвост до лопаток, жгуты мышц бугрились под кожей цвета варсакского дуба, черная жилетка, которую он носил, будучи чемпионом, трещала по швам. Однако на первый взгляд он не показался мне опасным. Откровенно говоря, тот же Эльф внушал гораздо больше тревоги, чем эта гора.
Массивные противники редко бывают достаточно ловкими, чтобы со мной справиться. Впрочем, не стоит забывать, что чемпионом Громила стал отнюдь не за красивые глаза и шикарную шевелюру.
Начало поединка почему-то затягивали. Несколько раз туда-сюда метнулись стражники, но в конце концов все улеглось, и раздался удар гонга.
Корханнец взвыл и ринулся на меня, как носорог, грузно ступая по песку и даже наклонив голову. Не знаю, надеялся ли он, что я буду стоять и смотреть, как он меня таранит, но в любом случае такого подарка ему никто не предложил.
Отпрыгнув в сторону, я попытался поставить ему подножку. Безуспешно. Реакция у него оказалась что надо. И мы увязли в схватке.
Он был сильнее, я быстрее. Он опытнее, я умелее. Я не мог нанести ему сколь-либо значимый удар, не рискуя быть раздавленным, он — потому что масса тела не позволяла реагировать достаточно быстро на мои перемещения.
Corali пульсировал, вливая в меня силы, ложи ликовали и бесновались, мой противник тоже пока не думал уставать. Бой грозил затянуться…
Когда это произошло.
Корханнец промахнулся в очередной раз, зарычал и занес руку, которую окутала практически прозрачная колеблющаяся дымка. Она сорвалась с его пальцев и ринулась мне в живот, ударилась и расплескалась прохладными брызгами.
Он оказался магом. Как просто. Козырь в рукаве был магией.
