Я считал себя более чем неплохим бойцом, но, глядя на него, понимал, что связываться с таким воином я еще определенно не дорос. Будь я оборотнем или хотя бы знатоком варсакской культуры, рисунки на его лице и руках могли бы мне рассказать, почему этот старик стал таким и даже, возможно, чего от него ожидать. Но мне оставалось только присматриваться и по возможности не давать повода для того, чтобы присматривались ко мне. За спиной послышался грохот — отъехала карета. Осознав, что это увозят в неизвестном направлении моих спутников, я внутренне поежился.
Хоть и началось мое путешествие в гордом одиночестве, теперь от этого одиночества веяло какой-то безнадежностью.
— Новый раб для господина, — отрапортовал один из моих конвоиров.
— А то без тебя не вижу, — хмыкнул седой и коротко взглянул мне в глаза. — Следуй за мной. Без глупостей.
Что-что, а глупости я пока что делать был не намерен.
Естественно, в дом меня не потащили. Мы обошли его по кругу и попали на огромный задний двор, окруженный несколькими богато украшенными трибунами и больше похожий на… арену.
Гил оказался прав. На противоположном конце двора была небольшая постройка — приземистое здание с зарешеченными окнами, куда мы и направились. У входа опять же дежурили два охранника, при нашем появлении отставившие в сторону деревянные плошки с едой и вытянувшиеся по струнке. После короткого кивка моего сопровождающего они вернулись к прерванному занятию, бросая на меня любопытные взгляды.
Помещение больше всего напоминало тюрьму — ряд одинаковых крепких дубовых дверей с массивными железными засовами и окошечками для просовывания пищи, грубые каменные стены.
Старик открыл одну из дверей и пропустил меня вперед.
Я оказался в относительно просторной комнатушке. Здесь сходство с тюремной камерой заканчивалось. Вместо соломенного тюфяка и дыры в полу для справления нужды я увидел вдоль одной стены застеленную кровать, в изголовье рукомойник с кувшином воды и полотенцем на крючке, напротив окна стол со стулом.
Вышеупомянутая дырка тоже наличествовала, но в отдельном углу и была заботливо прикрыта дощечкой.
— Ты на удивление молчалив и спокоен, — одобрительно произнес оборотень. — Не немой ли случаем?
Я покачал головой.
— Меня зовут Гринвальд, я начальник стражи господина Шаркского, владельца Ракшаской Арены и твоего теперешнего хозяина. Я также отвечаю за его бойцовских рабов. Распорядок следующий: утром тренировка, после обеда отдых, вечером бой.
