— Молодость? — Гил хохотнул. — Ему уже за сорок перевалило. По человеческим меркам скоро в деды запишут.
— Эльфы взрослеют несколько иначе, чем люди, — сдержанно отозвался темный.
— Тебе самому-то сколько? — Полуэльф откинулся назад, упираясь руками в землю.
— Двести пятьдесят четыре года.
— Сколько-о?
Локти от неожиданности подогнулись, и Гил опрокинулся на спину, нелепо дрыгнув в воздухе ногами. Саэл снисходительно пронаблюдал, как тот вновь утвердился в сидячем положении.
— Ну, в таком случае, старый хрыч — это даже комплимент! Слушай, ладно я, а ты-то чего за ним потащился? Твой хозяин умер, можешь быть свободным, заняться тем, что нравится, жену завести на старости лет, детишек всяких… ну я не знаю, о чем там еще нормальные эльфы мечтают.
Темный задумчиво потер подбородок.
— Во-первых, Аарон мне не хозяин, а господин. А во-вторых, кто тебе сказал, что я сейчас занимаюсь не тем, что мне нравится?
— Хочешь сказать, ты обожаешь прислуживать? — фыркнул полуэльф почти презрительно.
— Не прислуживать, а служить, — снова поправил эльф с легкой улыбкой. — Дело ничуть не хуже любого другого. У каждого героя есть тот, кто стоит рядом с ним, и есть тот, кто стоит за ним. Зримо или незримо, но ни один подвиг не совершается в полном одиночестве.
— Ха! Хочешь сказать, вот этот вот чернявый недопринц — герой?
— Мне казалось, мы сейчас отправляемся спасать целую страну, разве нет? — И снова улыбка скользнула по тонким губам. — Принц Риктимиан родился в сложное время, и судьба ему досталась непростая.
Ее нелегко принять. Другое дело, что судьбе глубоко наплевать, принимают ее или нет, она все равно проведет предначертанным путем.
— Да ты, старый, философ, — проворчал Гил едва слышно. — Ложись спать, я покараулю, если боишься, что твоего судьбоносного принца сейчас какая-нибудь ящерица сожрет.
Саэл кивнул и улегся неподалеку, заворачиваясь в одеяло. А Гил снова поворошил угли, зевнул и задремал вполглаза, подпирая голову кулаком.
Глава 12
ТИМ И ОБОРОТНИ
Ирэлъ, 23-е число.
День защиты животных
— Так, ну и кого из этих отморозков ты выберешь нам в капитаны? — скептически уточнил Гил, оглядывая таверну.
Выбор действительно отнюдь не поражал разнообразием: моряки как на подбор были волосаты, вонючи, потрепаны и катастрофически ненадежны с виду. Впрочем, вряд ли только с виду.
— Того, кто согласится нас везти.
И в самом деле, найти соответствующих этому критерию оказалось не так-то просто.
