А уж тогда татарин вытрясет из нее все подробности – кто ее нынешний хозяин, зачем ее подложили профессору, а самое главное – то, что профессор со Штабелем теперь в одной упряжке. Временно, правда, но действенно. А раз в дело вмешался Штабель, то Муса мигом сообразит, что денег за картину ему не видать. Вся операция может сорваться, потому что Муса даст Равилю Каримову отбой. Дескать, извините, не получилось, дело слишком опасное.
Можно, конечно, поискать другого покупателя, да где ж найдешь такого лоха, кто за картину, красная цена которой пятьдесят тысяч даст все пятьсот?
Стало быть, девчонка – слабое звено, ну и, конечно, за профессором нужно приглядывать.
Штабель зашнуровал ботинки и поднялся со стула.
– Ты никуда не уходи. Пришлю человека, он тебя отвезет в одно место… Это за городом, на даче.
Там поживешь, пока все не утрясется. А то здесь тебя Муса найти может. А там охрана – ты не убежишь, и он не найдет. Вещи собери, сюда уже не вернешься.
Женя молча кивнула.
Выйдя на улицу, Штабель из автомобиля позвонил по мобильному телефону и тихо произнес в трубку несколько слов. Затем он оглянулся на Женины окна, там горел свет, вздохнул и плавно тронул машину с места.
* * *Закрыв дверь за Штабелем, Женя с шумом выпустила воздух между сжатых зубов и расслабила мышцы лица, будто снимая опостылевшую маску. В присутствии этого человека она всегда испытывала напряжение и страх.
Вместе с искусственно-жизнерадостным и доверчивым выражением лица она отбросила и безупречную осанку фотомодели. Ссутулившись и шаркая ногами, будто мгновенно постарев, Женя прошла на кухню, налила себе чашку остывшего кофе, села и задумалась.
"
"Ей осточертело сидеть взаперти, в этой мерзкой тесной квартирке. Она не привыкла так проводить время, ей хотелось шума, веселья, музыки… Ей хотелось этого подсознательно, сильно, этого требовал ее организм, как организм наркомана настоятельно требует очередной дозы.
