Зато я уже в Париже два раза была, в Италии, Бельгии, весной в Швецию поеду, а потом – в Испанию!"
"– Как ты там была? – Гоша тоже повысил голос. – Вырвалась на неделю, номер дали в какой-то захудалой гостинице под самой крышей. Сама говорила, что слышала даже, как в соседнем номере кровать скрипит. Хорошо, что утром в гостинице завтрак давали, потому что ты до вечера так и моталась по Парижу голодная – денег на рестораны у тебя нет. А вечером кипятильником супчик варила, из дому привезенный! На фиг мне такой Париж!
– Дурак ты, – внезапно успокоившись, ответила Лика.
– Я в Париж ездила не для того, чтобы по ресторанам ходить, а чтобы город посмотреть…
– Посмотрела? Все успела?
– Нет, – вздохнула Лика. – Мне в Париже не денег хотелось побольше, а времени. Вот сидят они часами за столиками на улице и смотрят по сторонам. А я не могу себе этого позволить – времени жалко…
– Эх, Лика, – вздохнул Гоша. – Ладно, заболтались мы с тобой. Так сведешь меня со своей Лизаветой?
– Тебе срочно?
– Еще вчера надо было.
– Гоша поднялся с пола и смотрел на Лику сверху вниз.
– Ладно, пойду позвоню, ты посиди здесь пока.
– И скажи ей, чтобы время подгадала, когда к ней этот Каримов придет!
– Ну, уж ты совсем обнаглел, Фиолетов! – донеслось до Гоши из коридора.
В ожидании Лики Гоша рассеянно рисовал оставленным карандашом на листочке бумаги. Он нарисовал Лику в ее обычном виде – в очках и свободной мужской рубашке. Потом рядом нарисовал Лику без очков в открытом вечернем платье. Представив, как угловатая худая Лика будет смотреться в платье на бретельках, Гоша приделал платью рукава и высокий воротник.
Лика задерживалась, и Гоша пририсовал Лике вместо ее короткой стрижки пышную прическу. Затем оттенил глаза и чуть подчеркнул скулы, получилось вполне прилично.
– Ну, Фиолетов, уж и не знаю, как ты со мной будешь расплачиваться! – Лика появилась в дверях, протягивая ему бумажку с адресом. – Ее светлость разрешает тебе зайти сегодня на чашечку кофе. Каримов тоже у нее сегодня будет. Только ты не говори, что знаешь ее настоящую фамилию, а то у меня неприятности будут.
– Все понял, спасибо тебе огромное! – Гоша прикоснулся губами к Ликиной щеке и удалился скорым шагом.
Оставшись одна, Лика стала собирать разбросанные по столу бумаги и наткнулась на листочек, разрисованный Гошей. Она внимательно поглядела на рисунки. Не узнать ее было невозможно: определенно у Гошки есть талант рисовальщика. Еще раз сравнив оба рисунка, Лика вздохнула и убрала листочек в ящик стола.
