Теперь у меня к тебе просьба, научи, как в Эрмитаж этих гусей вернуть, то есть не гусей, а Клода Жибера.
Гарик не ответил, он внимательно рассматривал холст, сначала с изнанки, а потом – с лицевой стороны.
– Гарик, помоги! Нет у тебя там никаких знакомых?
– Что? – он очнулся от глубокой задумчивости. – В Эрмитаж, говоришь? Знакомые у меня там есть, но не могу же я их впутывать. А подбросить картину проще простого: сдай пакет в гардероб. А потом забудешь взять. Полежит он несколько дней, потом спохватятся, раскроют – и найдут картину.
– Гениально! – восхитилась Надежда. – А ее точно найдут?
– Со временем – непременно, – обнадежил Гарик.
– Как это я раньше не догадалась? Тогда можно было бы и в академию не ходить, и никакой подмены бы не было.
– Это уж точно, – снова Гарик внимательно оглядел холст.
Если бы Надежда не была в таком приподнятом настроении от удачно проведенной операции с картиной, она непременно заметила бы, что Гарик выглядит каким-то задумчивым.
Но, во-первых, как уже говорилось, Надежду распирала гордость от содеянного, то есть она поддалась обычной женской суетности – вот, мол, как все мне удается! А во-вторых, Гарик в последнее время много жил за границей, виделись они с Надеждой редко, и она не смогла определить по внешнему его виду, что ее собеседника что-то беспокоит.
Гарик предложил свою помощь, но Надежда сказала, что в Эрмитаже она справится сама. Точнее, она взяла в помощь Лену."
"Все прошло как по маслу.
В Эрмитаже в последний день каникул царило обычное столпотворение, никто не обратил внимания на женщину средних лет с дочерью или племянницей. Надежда пришла в обычной одежде, Лена тоже не использовала ни париков, ни грима. Сняв пальто и усадив Лену на лавочке под зеркалом, Надежда, оглянувшись по сторонам, достала из пакета все ту же куртку, в которой она ездила на дачу, а теперь решила пожертвовать ею во имя картины. Она подошла к гардеробщице с курткой и с большим полиэтиленовым пакетом, набитым бумагой, внутри которой был спрятан футляр с картиной.
Просительно улыбаясь, она попросила оставить пакет. Гардеробщица не возражала, ничего не показалось ей подозрительным: женщина из провинции приехала в наш город на экскурсию. Нужно и музеи посетить, и по магазинам побегать.
Надежда взяла два номерка и походила немного: зашла в туалет, причесалась перед зеркалом, прочитала объявления и даже поднялась к кассам.
