Условимся даже так… Вы мне сразу звоните из Смоленска и говорите: «Товарищ Сталин, приезжайте в Смоленск, город освобожден, давайте с вами сфотографируемся». И я специально приеду в город, чтобы сфотографироваться с вами. Договорились, Еременко?
– Договорились, товарищ Сталин, – ответил Андрей Иванович, стараясь не выдать своего разочарования.
Глава 33
6 августа. В Москву!
Пробило восемь часов утра – время, когда следовало разбудить Сталина. Иосиф Виссарионович лежал, не раздеваясь, поверх одеяла на правом боку, слегка подогнув ноги.
Снял лишь только сапоги, которые аккуратно поставил подле кровати. Дышал он глубоко и ровно, слегка посапывая. Будить его было жаль. После секундного колебания Иван Александрович наклонился над Верховным и произнес:
– Товарищ Сталин, вы просили разбудить.
Иосиф Виссарионович пробудился мгновенно, перевернувшись на спину, спросил:
– Уже восемь?
– Так точно, товарищ Сталин.
– Скажите, чтобы приготовили к завтраку крепкого чая. Можно лимон, если есть.
– Распоряжусь, товарищ Сталин, – сказал Иван Александрович и вышел из комнаты.
Во дворе Серов встретил дежурного майора и передал пожелания Сталина. Выслушав, офицер немедленно заторопился к речке, где располагалась полевая кухня.
Позавтракали быстро, по-деловому. Серов прошел по деревне, проверил посты. Все были на своих местах. Предстоящий отъезд пока их не касался. Пограничники уйдут в самую последнюю очередь.
Подле забора стоял сталинский «Паккард». Возле него прежний шофер заботливо протирал светлой ветошью и без того чистые крылья.
Машина сверкала как полированная.
Офицеры готовились к отъезду. Выглядели напряженными, явно нервничали, подобное состояние бывает лишь перед дальней дорогой. Их настроение выдавало лишь количество папирос, выкуренных больше обыкновенного. У грузовика по команде «вольно», спрятавшись в тени, стояло отделение автоматчиков.
Все готовились к отъезду. На станцию уже подогнали спецпоезд, и охрана, разместившись в теплушках, терпеливо дожидалась появления Верховного главнокомандующего.
Следовало доложить, что все приготовления закончены и можно выезжать.
Уже шагнув в комнату Сталина, Иван Александрович увидел через оконце, как с речки тягач тащит полевую кухню.
– Можно выезжать, товарищ Сталин. Спецпоезд подошел.
Иосиф Виссарионович согласно кивнул, а потом спросил:
– Что вы дадите хозяйке за наше проживание?
Пожав плечами, Серов отвечал:
– Предложу сто рублей, думаю, что она останется довольна.
