Хлестким и сильным ударом в челюсть Романцев сбил диверсанта с ног и, еще лежавшего в беспамятстве, скрутил руки за спиной веревкой.
– Ловко это у вас получается, товарищ старший лейтенант, – одобрительно проговорил подошедший старшина. – Сколько раз видел этот ваш трюк, а все не перестаю удивляться.
Сунув руку в карман пиджака, Тимофей выудил «вальтер».
– А что, по-твоему, мне нужно было делать? Лоб, что ли, ему подставлять? – хмуро проговорил Романцев, спрятав в карман пистолет. Ага, а тут что?.. Паспорт… – Раскрыв, прочитал: – На имя Хохлова Петра Васильевича.
И справка по ранению имеется, все предусмотрел, гад!
– Тяжелая у вас рука, товарищ старший лейтенант.
– Это только на пользу дела. – Постучав легонько диверсанта по щекам, проговорил: – Поднимайся давай! Чего разлегся? Еще простудишься! – Диверсант открыл глаза. – Вот и славно. Очухался, приятель…
– Что вам от меня надо? – глухо произнес диверсант.
– У меня для тебя скверные новости, Петр Васильевич, ты попал в железные лапы военной контрразведки СМЕРШ.
– Это какое-то недоразумение, – попытался освободить тот руки.
– Не дергайся… Завязано крепко… Обо все этом ты нам подробно расскажешь. Уверяю тебя, в нашем лице ты найдешь благодарных слушателей. – Подоспели автоматчики. – Давай за шкирку этого кабана и в грузовик, – распорядился старший лейтенант. – Вижу, он не особенно торопится.
Диверсанта подхватили под руки и, ломая его сопротивление чувствительными тычками, поволокли к машине.
* * *Полковник Мишин, попивая горячий чай из жестяной кружки, слушал доклад заместителя.
Странное дело, в этой местности совершенно не признавали этого напитка – предпочитали пить квас или компоты. Пили их холодными, почти колодезными, такими, что буквально ломило зубы. Чай в этих местах представлялся едва ли не экзотической редкостью. А потому местные жители поглядывали на полковника, державшего в заскорузлых крепких ладонях едва ли не раскаленную чашку, с откровенным недоумением. Заместитель Мишина пристрастия начальства понимал, потому как сам был завзятый чаевник, но из деликатности отказался от предложенного напитка и лишь иной раз поглядывал на его руки, что любовно, будто бы женщину, поглаживали металлические бока кружки.
– И как там наблюдение?
– Этой ночью ушли двое. Майор Заболотов отправился на ночное дежурство – мы проверили… А вот майор Гнедой пошел куда-то через лес. К сожалению, наблюдатели его потеряли.
– И уже утром заработала рация.
