В деревушку, состоящую сплошь из бабьего населения, заглядывали мужчины редко, а потому всякая встречная баба заглядывала им в лица, как если бы хотела увидеть давнего знакомого из прошлой довоенной жизни, а то вдруг узреть милого дружка. Непременно оборачивалась, проверяя, справно ли идут мужички. И, убедившись, что никто из них не запнулся и не упал, топала до дома."
"Вышли к проселочной дороге, по обе стороны которой возвышались многовековые сосны, совершенно пустынной в вечерний час. Сначала прокатил трофейный дребезжащий мотоцикл с коляской, за рулем которого сидел молодой и лихой старшина с двумя орденами Красного Знамени на кителе, а потом несколькими минутами позже запылил «Студебеккер», груженный какими-то ящиками, укрытыми колыхавшимся на ветру брезентом.
Не иначе как снаряды вез.
– Ждем, – сказал Свиридов, отступив на шаг на обочину.
Остальные, спрятавшись за деревья, поделились папиросками, как это бывает у добрых боевых товарищей, сосредоточенно закурили. С некоторой опаской стали поглядывать на небо, которое все более хмурилось и затягивалось непрозрачной серой пеленой.
Не иначе как к дождю.
Минут через десять послышался шум мотора, а затем из-за поворота на узкой проселочной дороге показался «Додж».
Свиридов вышел на дорогу и принялся яростно размахивать руками. Автомобиль просигналил, заставляя отойти в сторону, Михаил продолжал уверенно идти навстречу. Наконец «Додж» остановился.
– Ты чего встал? – выглянул из салона молодой водитель. – Отойди в сторону, дай дорогу!
– Послушай, браток, – продолжал приближаться Свиридов, – подкинь до Гжатска.
Нога у меня болит после ранения.
– Не велено нам подсаживать. Отойди с дороги, старший лейтенант! – Видно, почувствовав что-то неладное, приоткрыл широко дверцу, демонстрируя серьезные намерения, предупредил: – Стрелять буду!
– Да ты сдурел, что ли? – вполне искренне подивился Свиридов. – За что стрелять-то? Ты в фашистов стреляй, а не в боевого офицера.
– Я имею право стрелять на поражение. Отойди с дороги! – Водитель вышел из-за двери и направил автомат на приближающегося старшего лейтенанта.
– У меня приказ!
– Ну пойми ты меня, мил человек…
В лице водителя было нечто такое, что невольно заставляло поверить в сказанное. Несмотря на вызывающую молодость, наверняка успел побывать на передовой, и приближающейся офицер представлялся ему удобной мишенью, причем настолько, что даже стрелять было жаль.
А вот и напрасно!
– Машина…
Договорить водитель не успел.
