Сбитый с толку барс не понимал, что происходит, и сейчас хотел лишь одного — максимально быстро добраться до истины. Одновременно, прекрасно понимая, что разделаться со всеми воинами Сулмета мы не сможем. Я хорошо чувствовал их ауры — внутри казарм было, как минимум, полсотни гвардейцев. Не меньше пятнадцати из которых близко подошли к двадцатой ступени возвышения. А несколько успешно её перешагнули.
К тому же, вокруг было полно торговой стражи. Плюс, личная охрана купцов. Да и некоторые из последних тоже были сильными Владеющими.
Поэтому я наблюдал издали, стараясь понять, чем именно может являться тот самый артефакт. Заодно ещё раз подтверждая, что его аура действительно является точной копией моей. Несмотря на то, что я уже это почувствовал, разум всё никак не мог поверить в происходящее, продолжая надеяться на ошибку.
Спустя несколько минут, один из условных «десятников» покинул казармы, выйдя за пределы барьера, а командир, вместе с ещё двумя, вернулся внутрь. За стены здания, пропитанные мощью множества печатей и представляющие собой серьёзную преграду.
Его собственную ауру через них я оценить и проанализировать был в состоянии. Но вот колебания и «ароматы» живы артефактов уже не ощущал.
Я вздохнул, рассматривая здание. Хотелось немедленно ворваться туда и всё выяснить. Но сейчас это бы стало недопустимой ошибкой. Как говорил дедушка, если в тебе бурлят эмоции, сначала успокойся. А когда остынешь, составь рациональный план.
Стоило вспомнить о словах деда, как мысли сразу свернули на другое направление — в голове всплыли все те странности, которые я подмечал с того момента, как покинул хижину.
Раньше я старался о них не думать, загоняя поглубже. А вот сейчас они все разом выплыли наружу.
И, надо признаться, их было немало. Начиная с уровня силы самого деда, который превосходил Владыку Ильшата, из-за чего вполне мог сам пробиться к «Санкт-Петербургу», и заканчивая многочисленными нестыковками в окружающем мире. Наставник Ильслава Радовича узнал мою технику сокрытия ауры, сестра Искательницы по имени Лада сгинула в горах, где не было ни одного Древнего Города, а сам я, как выяснилось, практически ничего не знал о реальной жизни, хотя это было критически важно для задачи.
Не говоря уже о том, что, после проведённого здесь времени, я до сих пор не понял, почему вдруг оказался «избранным». Да и образ жизни дедушки, как и его внезапное исчезновение на охоте, сейчас вызывало всё больше вопросов.
