Ну, а ты чего сюда приперся, Москва? Тоже крышу мамке будешь чинить? Еще вон и наркомана с собой притащил, – дед ткнул пальцем в Фоку.
– Кто наркоман?! – встрепенулся тот.
– Тише! – остановил его Ганин. – Фока приехал сюда, чтобы жить. И там, откуда он явился, костей зарыто не меньше вашего. Ну, а то, что наркоман… – Ганин поглядел на Фоку. – Тут можно по-разному посмотреть. Тебя, дед, ломает без бабы, и ты к ней ночами марафоны бежишь. А Фоке плохо, если конопли рядом нет. Южный он человек – что с него возьмешь? Но по итогу получается, что оба вы – наркоманы.
Переглянулись и помялись секунду, пряча улыбки, братья Солодовниковы. Потом не выдержали и хором заржали.
– Ну, а я здесь, потому что родственника ищу, – продолжил Ганин. – Деда своего. Пропал без вести в сорок первом. Найти хочу, поднять и похоронить по-человечески. Что ж прикажешь? Обратно ехать в Москву?
Старикан насупился и почесал бороду.
– Ладно, Москва, – лицо-сапог разгладилось. – Давай еще табачку!
– Вот сразу бы так, дед! А то ходишь тут, берешь на понт.
Старикану протянули одновременно три раскрытые пачки с разных сторон. Он брезгливо отодвинул «Мальборо» и вытянул ганинский «Голуаз».
– Я, ребята, хотите верьте, хотите нет, кого тут только не видел! Как в 79-м году началось, так с тех пор все словно с ума посходили: едут и едут, едут и едут. Ладно бы люди были нормальные, а то одна шелуха. Только водку жрут и землю поганят. Ищут, бляха-муха, нацистские трофеи. Кстати, про водку, – дед прищурился. – Слышал я, у вас в рюкзаках звенело.
Не отчислите старику?
– Тебе, дед, надо на таможню. Там таких любят.
Но ворчали больше для показухи. Уже знали, что не откажут наглому бабнику-деду.
– Держи! – Солодовников-младший выудил из вещмешка бутылку и всунул ее в две скрюченные руки."
"– Благодарствую, – старикан отвернул пробку и бахнул здоровенным глотком прямо из горла. Его глаза помутнели.
– Ну? – он оглядел пьяно всю компанию. – Чем могу помочь, сынки? От ваших щедрот нашим, как говорится. Вы мне подсобили, теперь я подсоблю.
Чего желаешь, Москва? – дед подмигнул Ганину. – Все могу.
– Мыски, – сказал Ганин.
– Чего? – не понял дед.
– Мыски. Деревня к северу отсюда. Правильно мы идем?
На секунду старикан задумался, а потом его пронзило озарение.
– Фига с маком тебе, сынок! – Он вытянул фигу и радостно повертел ею перед носом у Ганина. – Мыски в другую сторону!
– Не может быть. По карте в эту.
– Ты свою карту можешь на самокрутки пустить – все толку больше.
