"
"— Говори, собака! — заорал он, брызжа слюной. — И не надейся, что твоя душа снова улизнёт в другой мир! Если ты сейчас же не заговоришь, пёс, я убью тебя окончательной смертью!
— Водички бы, — насмешливо просипел я, моргая уцелевшим глазом.
— Чего-о? — озадаченно протянул ящер, а Ищейка настороженно замерла, словно пыталась понять, откуда сейчас прилетит удар.
— Водички бы мне. А то обслуживание в этих номерах совсем говённое. В глотке всё пересохло, слова аж к нёбу прилипают.
— Дай ему воды! — повелительно бросил ящер, глянув на тюремщика, трусливо прижавшегося к стене коридора.
Казалось, Демьян лишний раз боялся вздохнуть. Однако после приказа крылатого ублюдка он рванул за водой с такой скоростью, что за ним остался инверсионный след, как от самолёта в небе.
— Да, наверное, твой хозяин в чём-то прав. Пора бы нам с тобой и познакомиться, — глянул я на Ищейку. — Мы ведь так близки. Ты единственное существо во всех мирах, которое я столько раз обводил вокруг пальца. Среди твоих родственников имбецилов не было?
— Тебе не удастся вывести меня из себя, — равнодушно ответила блондинка.
— Моя душа бессмертна. Я живу уже много лет, и оскорбления перестали трогать меня.
— Ты меня недооцениваешь. Я заставлю твои глаза заполыхать от бешенства. Но сначала узнаю, как тебя зовут, ну, в те моменты, когда не называют подстилкой ящеров.
Безукоризненное лицо Ищейки осталось невозмутимым. А вот ящер недовольно рыкнул и отвесил мне пощёчину. В моей шее что-то неприятно хрустнуло, а голова мотнулась в сторону.
— Тебе только младенцев по попке бить, — сплюнул я на пол кровь.
Ящер зарычал и опять занёс лапу. Но тут показался Демьян, и крылатый передумал снова знакомить меня со своей ладонью. Вместо этого он кивнул трясущемуся от страха тюремщику, после чего тот проскользнул в мою камеру и дал мне помятую алюминиевую кружку. Я взял её слабой рукой и отправил содержимое внутрь своей глотки.
Ищейка тотчас потянула носиком воздух. А я, отлипнув от кружки, злорадно проговорил:
— На этой Земле есть замечательная идиома о соломинке, сломавшей спину верблюда.
И знаете, кто здесь расслабившийся верблюд крылатый?
— За мою дочь и жену! — внезапно истерично заорал Демьян, одновременно нажимая на спусковой крючок небольшого револьвера, вытащенного из трусов.
Выстрел громыхнул быстрее, чем растерявшийся ящер сумел вызвать защитную магоструктуру. И будь ты хоть трижды архимагом, пуля, выпущенная в висок, с большой долей вероятности убьёт тебя.
