Глядя на Ингера, каждый его, земного бога, мысленно молил о том, чтобы остаться в живых.
Ивор подал Ингеру сулицу с выкрашенным в синий цвет древком.
– Один! – воскликнул князь, исполняя обычай своих северных предков. – Эти люди твои, я отдаю их тебе!"
"И метнул сулицу в сторону древлянского войска. Добросить до первого ряда на таком расстоянии было нельзя; вспоров воздух, сулица упала посередине. Однако свое дело она сделала: пространство мира между войсками было убито и превращено во владения смерти.
Киевское войско ответило дружным ревом.
Ингер неспешно извлек меч из ножен. Пропели рога. Ингер вытянул руку с мечом вперед, указывая железной молнией на темнеющую тучу деревского войска. По очереди вновь отозвались рога по всем трем частям киевского войска, перекликаясь и подтверждая готовность.
Вся разом киевская рать качнулась вперед и двинулась, топча снег на русле, к низкому левому берегу. Туда, где лишь ломкий строй желтых сухих камышей отделял их от врага.
Древляне ждали, не двигаясь. Затаив дыхание, выжидали знака: стрелы лежали на тетивах, топоры в руках.
– Стре-е-елы-ы-ы! – протяжно закричал Полынец, привстав в стременах и взмахом секиры указывая на вражеский строй. – Да побьет Перун псов киевских!
Древлянские старейшины подхватили крик, передавая каждый своей ватаге; будто эхо, он прокатился из конца в конец строя. И не успел он затихнуть, как лучники дали первый залп. Туча стрел взлетела к серому небу и пала на киевскую рать.
Затем выстрелы захлопали вразнобой: древляне спешили опустошить тулы, пока дело не дошло до ближнего боя, где луки станут бесполезны. Пока же древляне расходовали стрелы не зря: в воеводских дружинах щиты были у всех, но большинство ратников оставалось без этой защиты. Брызнула первая кровь, там и здесь падали тела, нарушая слаженное движение строя, и оставались темнеть на снегу. Раненые шевелились, торопились под прикрытием строя отползти назад, но многие не двигались, убитые наповал.
Стремясь уйти из положения легкой цели, кияне ускорили шаг. Более защищенная, Ингерова дружина в середине вырвалась вперед, крылья поотстали, но единство строя пока держалось.
Еще несколько мгновений – и оба войска столкнулись. Луки полетели на снег, взметнулись топоры. Княжеская дружина первой врубилась в древлянский строй и стала давить, пытаясь прорваться к Полынцу и боевому чуру, однако древляне держались.
