Они не видели ее там, где им пришлось выскакивать из горящей бани, чтобы, растерянными и безоружными, оказаться в плену. Но, опомнившись, древляне легко догадаются, что этим бесчестьем и неволей обязаны Ельговой дочери. Ведь она одна знала, зачем они прибыли в Киев. Случившееся нынче утром и было ее ответом на сватовство.
И вот они появились… Проходя по двору со связанными руками, босые, в прилипших к телу влажных рубахах, послы деревских князей выглядели далеко не так гордо и величаво, как в день своего появления в Киеве.
Глядя из оконца на их хмурые, злые, раздосадованные лица, Ельга едва дышала от волнения. А что если она ошиблась? Мужчины согласились с ней, что эта ловушка – единственный способ избежать немедленной войны, но что если они перегнули палку, опозорив и пленив послов, которые пока, строго говоря, не совершили ровно ничего? И не приведет ли эта ловушка к еще худшим последствиям для киян?
Древлян спустили в поруб в дальнем конце двора – одетую срубом бревенчатую яму.
Княжий поруб был достаточно просторен для десяти человек, но несладко им будет там сидеть, пока все не разрешится.
При мысли о том, что будет дальше, у Ельги пробегал холодок в груди. Впереди простиралась целая вереница тревог, и она даже не видела им края – того дня, когда снова обретет покой.
⁂Назначенный пир состоялся, и гости собрались даже раньше положенного. Еще с полудня кияне стали сходиться к княжьему двору.
От берега несло гарью – гостевая баня сгорела полностью. Кияне толпами ходили посмотреть на пожарище, и город был полон слухов. Даже те, кого на княжий пир не звали, тянулись туда, где надеялись что-то узнать.
– Все древляне сгорели! – толковали в толпе. – Все до единого!
– Это им от богов в наказанье, что дань не давали.
– От богов! Скажешь! Княжьи люди сожгли!
– Туда им и дорога, нечистикам!
– Все бы их племя сжечь проклятое, под самый корень!
– Как бы и нам всем за ними в Кощное не попасть! Князь-то деревские не спустят, что их послов живыми сожгли! Жди теперь рати лютой!
– Ох, худо без князя! При старом Ельге не было такого беспутства!
– Как же это они решились? Как посмели? – возмущался Горлец, один из старейшин, живших близ Киева; после войн, которые Ельг вел с древлянами, у него два сына были женаты на деревских девушках.
