– Кому надо, приглядят.
Спокойствие ее было ложным. Сердце замирало от тревоги. Свен пообещал ей, что не позволит никому погибнуть, если только сможет, но с огнем шутить нельзя. Как бы боги не вмешались в их хитрый замысел…
– Внизу кричат, гостевая баня горит! – сказал ей подошедший с озабоченным видом Рагвид. – Я и сам с вежи видал – горит! Это что же – послы деревские там? Взять мне холопов, пойти помочь?
– Там довольно людей, – остановила его Ельга. – Справятся. Ты делай свое дело.
– Да, люди там есть, хлопочут, авось управятся… Оно от другого жилья далеко, не перекинется.
"
"«Управятся, – мысленно повторяла Ельга. – Помоги мать-земля, чтобы они управились!»
Время то ползло, то летело. Ельга бросила притворяться, будто делает дело, и только ходила по двору – из поварни в гридницу, оттуда в клети. Где бы ни была, напряженно ловила слухом звуки от ворот.
Проходя по мосткам, вдруг она увидела перед собой Асмунда. Он был возбужден, рыжие полудлинные волосы прилипли к влажному от пота лбу, и от него слегка веяло гарью.
В первый миг Ельга вздрогнула, но тут увидела, как весело блестят его серо-голубые глаза, и у нее чуть отлегло от сердца.
– Все! – смеясь, Асмунд махнул рукой. – Кончено дело! Всех взяли! Ведут сюда.
– Все целы? – Ельга подалась к нему. – Не сгорел никто?
– Все живы! И они, и наши! Как дым из-под стрех повалили, они и начали выскакивать. Свеновы паробки их брали по одному – руки вязали, наземь сажали.
– Не порубили никого?
– Да зачем? У них там одни веники, даже порты мало кто в дыму нашел.
Так и выскакивают – голые, красные, мокрые! Все до одного повязаны.
– А челядь их?
– С челядью я сам разобрался. Мы им дверь подперли, пока они твою брагу кушали. А как увидел кто-то дым, стали ломиться наружу – я им говорю, сидите тихо, а не то порубим отцов ваших. Ну а как тех перевязали, я этим говорю в оконце: отцы ваши целы, вы не дурите, будете целы тоже. Выходи по одному, оружие наземь. Ну а им куда деваться? При них и старших не осталось никого.
Вышли, мы у них из дому все оружие взяли, самих назад загнали. Торгутовы паробки их стерегут. А эти… – Асмунд оглянулся к воротам, откуда ему кто-то делал знаки. – Ведут, госпожа!
Ельга метнулась в ближайшую клеть и прильнула к оконцу, стараясь, чтобы ее нельзя было увидеть снаружи. Она надеялась, что деревских послов не голыми приведут на княжий двор, но даже если им дали одеться, ей вовсе не хотелось попадаться им на глаза.
