Два кабака, три перепихона да грошовое колечко из дутого золота. Вот дура! Доверчивые они, эти русские бабы! Небось до сих пор ждет и его, и свадебного букета.
На радостях Карен решил махнуть в Сочи. Шашлыки, молодые козы, пивко со льда, форель из аквариумов. Отдохнет – на полную катушку. Получение паспорта отметит. Да сам господин Сурен Каримов сказал: «Съезди, развейся!» А слово великого хакана для всякого хозарина – закон…"
"Босс работой Пахарова доволен – у Карена и фантазия работает, и руки крепкие. Вон на той неделе нужно было пугнуть обнаглевшего директора магазина.
Цеплять к машинам бомбы – пошло. Карен проявил смекалку. Подкараулил у салона красоты директорскую жену. Пока та нежилась во всяких соляриях, проколол колесо в ее машине. Когда баба вышла из солярия и начала причитать – оказался тут как тут: галантно предложил помощь и сменил покрышку. Потом – как обычно: цветы, мартини, «Ах, какая женщина!». Секс на видео тайком снимал – получилось круче любой порнухи.
В благодарность за страстные минеты Карен вручил директорской жене подарок – серебряного амурчика.
Баба водрузила статуэтку в супружеской спальне. «Умница ты моя…» Привести в действие вмонтированную в амура бомбу с часовым механизмом трудов не составило.
Дорогой Сурен Ахмедович остался доволен. А пока босс доволен – можно и в Сочи сгонять. Билет Карен покупал самолично – хотя мог бы послать кого хошь из шестерок. Хотелось опробовать новенький, вкусно пахнущий документец. Он выбрал рейс, протянул кассирше новенький паспорт, проворковал: «Бонжорно![10]» Пусть девка гадает – может, он итальянец?! На Сицилии – все тоже смуглые, черноволосые.
Карен приехал в аэропорт загодя – получить место в носу лайнера, хлебнуть на дорожку джинчику. Зарегистрировался, сдал багаж. Выпил. Выиграл сотку рубликов в автоматный покер. Выпил еще. В платном сортире пыхнул косячком. И неспешно, вразвалочку пошел в самолет на посадку. Через два часа он уже будет в Сочи!
Карен Пахаров стоял в очереди на посадку.
Было душно и потно. «В следующий раз первым классом полечу», – пообещал себе он.
Одно развлечение – наблюдать, как посадочные менты цепляются к черноволосым да смуглым: «Печать смазана! Фотография – не ваша!»
«А ко мне теперь – не прицепишься! – ликовал он. – Паспорт новейший, фотка – моя!»
Наконец подошла его очередь.
Задавать вопросов Карену не стали. Отвели чуть в сторонку и, дабы не смущать остальных пассажиров, защелкнули на запястьях наручники.
