В прихожей меня встретили сразу три человека — уже знакомая мне Полина Николаевна в полосатой трикотажной пижаме, высокий седой мужчина в спортивном костюме и еще одна женщина в махровом халате цвета бордо. «Вероятно, это Катина мама, — пронеслось в моей голове. — Они очень похожи». У всех троих на лицах было такое скорбное выражение, что я поняла — случилось что-то непредвиденное и не очень приятное.
— Танечка, как хорошо, что вы пришли! Я сама хотела вам позвонить, но не успела. Знакомьтесь, это Раиса Никитична, Катюшина мама, а это мой муж, Алексей Ильич.
— Очень приятно, — сказала я, переступая порог. — Частный детектив Татьяна Иванова.
— Где моя дочь? — строго спросила Барулина вместо приветствия.
— Раиса Никитична, Катерина в безопасном месте.
— Ее ищет милиция, — сказала она надрывным голосом. — Вы это знаете?"
"— Разумеется. Катя наняла меня для того, чтобы я отыскала настоящих преступников и тем самым защитила ее доброе имя.
— Она в Тарасове или в Петербурге?
— В интересах безопасности вашей дочери я предпочла бы оставить это в тайне.
— Где мой муж? — продолжила допрос мать моей клиентки, глядя на меня красными от слез и злыми-презлыми глазами, будто я была в чем-то перед ней виновата.
— А вот этого я не знаю и даже хотела у вас поинтересоваться, где сейчас Владислав Витальевич. У меня к нему есть очень много вопросов.
Раиса Никитична разрыдалась и уткнулась в плечо своей подруги. Наверное, бурное выражение эмоций было у Барулиных в крови.
Михайлова стала гладить подругу по голове, приговаривая:
— Раечка, успокойся, не надо, дорогая моя, не надо. Сейчас мы поговорим с Татьяной, и она нам хоть что-нибудь прояснит. Напрасно ты на нее так ополчилась и не давала ей звонить.
— Пусть все объяснит, — выдавила из себя Барулина-старшая.
Алексей Ильич помог мне снять шубу и пригласил в гостиную. Женщины последовали за мной и сели на диван. Я расположилась в кресле у окна, где сегодня днем сидела художница, а хозяин квартиры остался стоять в дверях, прислонившись к косяку.
— Леша, сядь, — попросила его супруга. — В ногах правды нет.
— Если вернется Влад, на площадке хлопнет дверь, и я это услышу.
— Правильно, — кивнула Полина Николаевна. — Танечка, вы смогли выяснить что-нибудь о той девушке, портрет которой я вам нарисовала?
— Да, она вовсе не любовница Владислава Витальевича, как вам показалось, — ответила я.
— Поля, ну что я тебе говорила! — воскликнула Барулина.
