— Да, Катя, детектив из тебя выйдет весьма посредственный, а артистка ты и вовсе плохая, хотя закончила ГИТИС.
— Приходи ко мне на спектакль, а потом суди о том, какая я актриса, — с апломбом парировала Барулина. — Я когда-нибудь обязательно получу «Золотую маску», и тогда ты передо мной извинишься.
— Возможно, но пока я своих слов обратно не возьму. Да, этот портрет действительно сделала Полина, да, она на самом деле видела эту девушку выходившей из квартиры, в которой живет твоя мама, но это еще ни о чем не говорит.
Может быть, она любовница Владислава Витальевича?
— Вот это вряд ли. Влад любит маму и не изменяет ей.
— Откуда такая уверенность?"
"Катя не смогла ответить на этот вопрос, она молчала, о чем-то серьезно задумавшись. Я предположила, что она размышляла, стоит ли ей раскрывать передо мной свои секреты. Мне тоже было о чем подумать, например, о том, почему Барулина все время темнит, недоговаривает и колеблется? Сам собой напрашивался ответ — она чего-то боится.
Но чего? Чтобы подтолкнуть Катерину сказать хоть что-нибудь, я скатала листок в трубочку и стала убирать в сумку.
— Ты что делаешь? Куда ты это убираешь?
— В сумку. А что, надо в мусорку выбросить?
— Таня, я действительно знаю эту девушку, но дело в том, что она москвичка. Наши пути пересекались в столице, и то, что она вдруг объявилась в Тарасове, да еще была у моей мамы, это никак не укладывается в моей голове.
Я не могу дать этому никакого объяснения. Все это очень неожиданно.
— Катя, она приходила не к твоей маме, а к твоему отчиму. Полина видела ее с Владом на улице, они обнимались, она несколько раз приходила к нему домой, естественно, в отсутствие твоей мамы. Была она там и накануне того, как в твоей машине появился покойничек. Это могло быть простым совпадением, но, возможно, эти события взаимосвязаны. Короче, ключи от машины она могла взять.
— Я могу поверить во что угодно, только не в то, что Влад — любовник Галины.
— Так, значит, эту девушку зовут Галиной? А как ее фамилия?
— Не знаю. У Галины очень большие запросы, она никогда не опустится до того, чтобы лечь в постель с таким старым и нищим мужиком.
— Ну, Владислав Витальевич не нищий. У него, насколько мне известно, своя юридическая фирма. Он в состоянии купить две вполне приличные иномарки для себя и своей жены.
