Короче, в жизни Барулиных настала светлая полоса. Откровенно сказать, я думала, что Влад порядочный человек, но недавно появился повод усомниться в этом.
— Что вы имеете в виду?
— Примерно месяц назад мы с мужем ехали на машине, и я увидела Влада с некой девицей. Она вешалась на него прямо посреди улицы, а он доволен был, как слон. Право слово — седина в бороду, бес в ребро! Несколько раз эта девица приходила сюда в Раечкино отсутствие, была она здесь и в тот день, про который вы спрашивали.
— Долго?
— Даже не скажу вам.
Мы встретились с ней в подъезде, я возвращалась домой, а она уже уходила.
— Во сколько это было, не помните?
— Помню. Это было в шестом часу вечера. Я еще подумала, что Раечка должна с работы вот-вот вернуться.
— Как эта девица выглядит?
— Как будто неутомимая «труженица» с Большой Казачьей. На улице двадцатиградусный мороз, а у нее шубенка короткая — пупок с пирсингом наружу, юбочка кожаная коротенькая и колготки в сеточку.
— Какого она роста?
— Высоченная, как фонарный столб.
Влад-то небольшого роста, а она его повыше будет.
— Катерина тоже высокая. Неужели та, о ком вы говорите, выше ее?
— Думаю, что они примерно одного роста, просто рядом с Владом я Катерину никогда не видела.
— Когда эта девица приходила сюда, она случайно не в голубой пуховик одета была?
— Нет, говорю же — короткая шубенка и пупок наружу.
— Насчет пупка и пирсинга я поняла, а вот в лицо вы могли бы ее узнать?
— Конечно. Думаю, что даже могла бы сделать карандашный набросок ее смазливого личика.
Мы столкнулись с ней на лестнице, аккурат под лампочкой, и ее «фейс» навеки запечатлелся в моей памяти. Я ведь неплохая портретистка!
— Здорово! Полина Николаевна, вы даже не представляете, как это может быть важно для следствия. Призрак, кажется, обретает конкретное лицо.
— Призрак? Честно говоря, мне очень интересно, что же такое произошло. Нет, я, конечно, догадываюсь, в чем дело. Скорее всего, Катенька узнала, что ее отчим изменяет матери, и решила вмешаться в эту ситуацию.
— Михайлова стала сверлить меня взглядом, пытаясь отгадать, права она или нет.
Разумеется, ее домыслы были далеки от реальности, но я не собиралась ни в чем разубеждать художницу. Мне самой многое еще не было известно, была лишь уверенность в том, что эта высокая девица с пирсингом имеет прямое отношение к трупу в багажнике Катиной «шестерки». Пока Полина Николаевна делала эскиз, я пыталась родить версию, объясняющую мотивы поведения той девицы.
