– Ты что, не знала, что он в твоем багажнике?
– Ты видел, когда я открывала багажник в Кассисе. Разве похоже, будто я знаю, что он там лежит?
– Ты могла разыгрывать комедию.
– Ты тоже умеешь ее разыгрывать. Похоже, ты большой специалист в этом вопросе, разве не так? Со вчерашнего вечера только и делаешь, что играешь."
"– Тогда выходит, его кто-то туда подложил, но вовсе не я. Подумай немного, Дани. Этот тип был мертв еще до того, как мы встретились!
– Откуда ты знаешь?
– Глаза-то у меня есть! Он умер, по крайней мере, сорок восемь часов назад.
– Но ты мог засунуть его в багажник уже после того, как его убил, и даже намного позже.
– Когда, например?
– В Шалоне, вчера вечером.
– Нет, надо же, только вообрази себе, как я прогуливаюсь целый день с трупом под мышкой. В Шалоне? Спустись на землю, дорогая! Впрочем, прости, мне очень неприятно тебе угрожать, но у меня найдется куча свидетелей, которые видели, что я делал вчера и позавчера. Да, я таскался с чемоданом, это так, но попробуй доказать, что внутри я мог спрятать труп.
Желаю успеха!
Он встал и отошел от меня. Я быстро сказала:
– Прошу тебя, Филипп, не бросай меня.
– Я тебя не бросаю.
Какое-то время, довольно долго, он сидел, повернувшись ко мне спиной, возле какой-то раздолбанной лодки, глядя на темную воду Старого порта, в которой отражались неподвижные огни. Городской шум остался где-то далеко от нас. Наконец он спросил:
– А какой из себя твой босс? Он при случае не мог кого-то прикончить?
Я пожала плечами и не ответила. Он повернулся, взвинченный, напряженный от раздражения, и бросил:
– Черт возьми, я ничего не понимаю! Только хочу сказать одно: скорее всего, этот жмурик уже загорал в машине, когда ты ее «позаимствовала»!
– Нет.
Когда я ее взяла, багажник был пустой. Я знаю, я смотрела.
– Допустим. А по дороге ты его открывала?
– Кажется, да.
– Где в последний раз?
Я вспомнила, как ехала по Седьмой и Шестой автомагистралям, начиная с Фонтенбло. Помню, как открывала багажник, чтобы положить туда только что купленный чемодан.
Но потом передумала.
– В Фонтенбло он был пустой.
– Так это еще когда было… А потом ты останавливалась?
– В Жуаньи, в кафе. Там я встретила того дальнобойщика, который стащил у меня букетик фиалок. Но было светло, машина стояла у самой двери, открыть багажник и положить туда тело было невозможно.
– И ты уверена, что до Кассиса больше не открывала багажник?
– Я бы помнила.
– А после Жуаньи ты где останавливалась?
– На автозаправке в Авалоне.
