– Потерпи Константин, я сейчас найду врача, он тебе окажет помощь.
– Как я без руки жить буду? За калеку ни одна девушка замуж не пойдет, а я даже целоваться толком не умею.
– Научишься. Полежи, я сейчас позову солдат с носилками.
Сделав пару шагов, я столкнулся с Архипычем.
– Ваше благородие, вы целы? – поинтересовался унтер-офицер.
– О, Архипыч, берите пару солдат и несите прапорщика Агаркова в пехотный лазарет, там есть врач. Прапорщику срочно надо делать операцию, ему руку почти полностью оторвало.
– Все понял. Вы тут осторожней, ваше благородие, мы за вас переживаем. У меня в расчете бывший матрос есть, так он сказал, что выстрелы будут не частые, но это бьют корабельные орудия крупного калибра. Заметите огонек на море, знайте, к нам летит снаряд, укрывайтесь.
Агаркова унесли, а я стал обходить батарею. Досталось нам сильно. Третьего орудия, как не бывало – его снарядом разнесло вдребезги, а расчет порвало на куски. Остальные орудия первой полубатареи взрывной волной опрокинуло, расчеты сейчас возвращают орудия на прежние места.
Убитых нет, но есть несколько легкораненых. Досталось обозу, лошадей побило много. Нам еще повезло, вражеские снаряды не угодили в наши временные склады боеприпасов. Получив доклады о потерях, передернулся. Пятнадцать человек насмерть, двадцать один человек ранен, шестеро из них тяжело. Приказал всем находиться в укрытиях до моего распоряжения, на батарее оставить только наблюдателей.
Возвращаясь на наблюдательный пункт, проходил мимо воронки, где раньше стояло третье орудие. Мне показалось, что земля на скате воронки шевельнулась. Я подумал, что от пережитого мне начало мерещиться. Присмотрелся, шевелится. Позвал двоих солдат. Общими усилиями откопали живым унтер-офицера Селезнева. Весь в грязи, в потеках крови, сочившейся из носа и ушей, но живой Селезнев жадно пил воду из поднесенной ему кружки. На вопросы не реагировал, похоже, унтер-офицер оглох.
Отправили бедолагу в лазарет."
"Японские корабли ударили по нам еще дважды. На этот раз снаряды легли на позициях пехоты. Для себя я сделал вывод, что японские корабли бьют не прицельно, а по площадям, на удачу, авось в кого-то попадут. Надо сказать, попали они хорошо, людей набили много. Самое обидное, что мы ответить ничем не сможем. Трехдюймовкой не добьем, а осадных орудий я у нас не наблюдал.
