Учили наизусть уставы, занимались гимнастикой, а также верховой ездой в манеже. Фехтованию на втором курсе нас начал обучать полковой есаул Дорохов."
"Он был крепкого телосложения, среднего роста, светловолосый, очень подвижный. Не стоял на месте, даже при объяснении особенностей преподаваемого предмета. Находясь без движения, он должен был хотя бы притопывать носком вычищенных до блеска мягких сапог в такт звонко произносимых им слов или жестикулировать мощными руками с удивительно тонкими, «музыкальными» пальцами – энергия так и излучалась от его тренированного тела.
В задорных, с хитринкой, карих глазах на смуглом, с многочисленными морщинами худощавом лице есаула так и читалось: «Ну, братцы, я Вам сейчас задам перцу, попляшете Вы у меня!!!»
Для начала он с каждым провел короткие схватки на саблях. Меня на первом занятии отвел в сторону для беседы.
– Юнкер, откуда знаете казацкий бой на саблях? – последовал вопрос.
– Ваше благородие, я что-то не так выполняю?
– Все так, но только вас учили не проводить учебные бои, а сразу рубить противника насмерть, это скрыть невозможно.
И хочу сказать, очень неплохо научили. Вам бы поднять выносливость и тогда с вами справиться будет нелегко. Так все же, кто учил?
– С раннего детства у меня воспитателем был донской казак Прохор Нагаец, он научил.
– Слышал я о таком человеке. Где он сейчас?
– Живет в усадьбе моего отца вместе с женой, лет ему уже порядочно.
– Больше ничему Нагаец не учил?
– Казацкому бою без оружия.
– Все-таки решился Прохор передать свой семейный секрет.
Цените это, юнкер. Нагаец заслуженный казак. Он много лет воевал на Кавказе, там погибли в неравных боях три его сына. Очень мало казаков знают бой без оружия, а стиль Прохора никто. Вот говорите, он вас обучил. Доставите мне удовольствие сразиться без оружия во внеурочное время?
– Разрешение у капитана Глазунова надо получить.
– Это моя забота. Сегодня за час до ужина жду вас в гимнастическом зале.
Встретились с Дороховым в оговоренное время.
Договорились сильные удары друг другу не наносить, а обозначать их. Со стороны наши прыжки, приседания, взмахи руками и ногами, кувырки, смотрелись странно, я бы даже сказал, некрасиво. Однако каждое движение ориентировано на нанесение ущерба здоровью противника. Примерно через полчаса поединка, Дорохов примиряюще поднял руки.
– Да, юнкер, вы меня за весь поединок раз десять убили, – улыбался, довольный Дорохов. – Крепко вас учил Нагаец. У меня есть предложение.
