Ему хочется уже насладиться сытным ужином, вытянуться на своей перине, а не делать работу Берна. Он уже так устал, что горячее желание утереть нос гауптману совсем утихло.
Штандартенфюрер не удержался и широко зевнул, русский повторял все одно и то же, будто заунывную молитву. Все так же с глуповатым взглядом стоял навытяжку. Рихтер отмахнулся от него:
– Так, все, – он взялся за перо. – Вот тебе пропуск от моего имени, чтобы ты мог заходить и выходить из штаба. Завтра явишься к 8 утра, у матери переночуешь. И найди там одежду поприличнее.
Утром будь здесь в моем кабинете – так и быть, у меня есть для тебя служба. Смотрю, ты парень ловкий, если справишься с заданием, то получишь железный крест и кучу денег.
– Спасибо, спасибо, господин штандартенфюрер, – простачок закивал, даже не зная, что его ждет.
Рихтер решил не откладывать дело в долгий ящик:
– Станешь диверсантом. Будешь действовать на советской территории, придется перейти через границу. Но будешь не один, с группой таких же диверсантов.
Они тоже согласны служить Гитлеру. Это очень почетная служба, даже не каждый ариец бывает удостоен такого доверия – стать агентом абвера. Тебе надо будет провести группу в Железногорск тем же путем, что прошел ты. Чтобы никто вас не видел, а особенно советские войска. Там будет ваш командир, он скажет вам, что делать дальше. Все, иди, – Рихтер сунул парню листочек бумаги со своей подписью и брезгливо отдернул ухоженные руки от грязных пальцев Алексея. – Утром жди здесь, гауптман Берн объяснит тебе все подробности дела.
Но парень оказался жадноватым:
– А когда паек дадут, господин офицер? Я три дня уже не ел.
– К матери иди, сказал же, – мгновенно утратил душевное равновесие Рихтер. Он слишком устал, чтобы и дальше возиться с русским.
От его рыка парень дернулся и заторопился к двери.
Оказавшись в коридоре, Савельев с облегчением выдохнул – получилось! Удалось убедить штандартенфюрера, что он сбежавший из советского плена староста Куркин. Внутри клокотало все от волнения и одновременно от радости – получилось, он на шаг ближе к центру немецкой паутины.
Довольный встречей Алексей выскочил из немецкого штаба, и тут же к нему бросилась темная фигура – Ольга Куркина караулила своего «сына» в темноте, в гуще деревьев все три часа, что Рихтер мучил парня вопросами.
Она молча схватила его за руку, в глазах застыл немой вопрос: удалось? поверил? Савельев кивнул в ответ, сухо объяснил:
– Завтра в восемь в штабе будут ждать. Ночь на отдых.
