Ирина, конечно, бросилась ужин разогревать, на стол накрывать. Вот салат порубать – это к Антону. Он вообще не считал ниже своего достоинства помочь Ирине на кухне. Его мама одна воспитывала, вкалывала на двух работах, а потому всю работу по дому Антон делал и не видел в этом ничего, унижающего его достоинство. Руслан пошел в спальню к сыну, потом ему кто-то позвонил, он ушел в комнату по телефону говорить, а Ирина с Антоном на кухне остались. Она тогда сама начала тот разговор:
– Антош, скажи честно, сейчас-то можно уже, каким вас всё-таки ветром к нам в студенческую общагу задуло?
– Ириш, честно? Без обид? – Антон посмотрел на неё серьёзно.
Она кивнула.
– Да устали мы с Русом от проституток! Понимаешь, с ними ведь не понятно, это ты такой крутой в постели или твой кошелек. Вот мы пальцы растопырили, сопли пузырями перед Киром надули, типа ""ой, устали мы от продажной любви, все бабы – шлюхи, ни одной из них верить нельзя"". Мы до того, как к вам в общагу приехать, в кабаке сидели, отмечали встречу.
Вот он и вспомнил, что у вас там, в общаге, вечеринка, и говорит:"
"""Парни, хотите большой и чистой любви?
Мы с Русом такие:
– Ха! Кто же её не хочет? Конечно, хотим!
Кира заржал и предложил:
– Поехали в нашу общагу!
Мы ему:
– Девочки красивые есть у вас там?
Ну, Кир нам и отвечает:
– И красивые есть, и даже именно девочки!""
Антон усмехнулся, вспоминая:
– Ну, мы заехали за продуктами и бухлом и приехали к вам в общагу.
А потом добавил уже серьезно:
– Кто ж знал, что у вас там ""и красивых и умных"" только ты одна вот и была.
Если бы не Руслан, так я бы с тобой был. Ириш, таких женщин как ты – одна на сто тысяч.
Ирина вспомнила, что она тогда, услышав это, даже оторопела. Антон ведь ей, по сути, тогда в любви признался. Это было в первый раз. Потом, правда, в шутку всё перевел, Руслан как раз на кухню вернулся:
– Рус, где ты ходишь? У нас тут с Иришкой вечер воспоминаний. Скажи честно, как ты со спины рассмотрел, что она твоя единственная? Их там, у стола, когда мы в комнату ввалились, не одна стояла.
А Руслан тогда, не стесняясь друга, и сказал:
– Сначала косу твою до пояса увидел, потом, пока сумки через твою голову на стол ставил, запах твой почувствовал. И понял, что моя!
Она тогда ещё удивилась:
– Запах?
– Да. Запах. А почему ты удивляешься, Ириш? Я не курю, с обонянием тоже всё в порядке. Я же очень близко со спины к тебе подошел. От тебя и твоих волос не пахло ни сигаретами, ни едким дымом от дури, ни дешёвыми духами.
