— Должок? — переспрашиваю непонимающе.
— Он не дал тем мразям беспределить и дальше, — не отрывая взгляда от дороги, поясняет негромко Леднёв, — Он тогда еще зеленый был, безбашеный, так что пообещал, что лично с каждым членом семьи тех, кто и дальше продолжит убивать, сделает то же самое. Только благодаря ему часть моих людей выжила, а сестру и мать никто не тронул.
— Поэтому ты так легко Амину отдал Северу, — охнула я, догадываясь, — Она не в заложниках у него. Она под защитой…
— Верно, — кивает он.
— А мама?
— Мамы уже нет в живых.
— Прости… — бормочу сдавленно.
— Все нормально.
Долго молчать не выходит, потому что, пока есть возможность разузнать хоть что-то, я не могу этим не воспользоваться. Поэтому осторожно спрашиваю:
— Ты знаешь что-нибудь о семье Севера? Он ничего о себе не рассказывал никогда.
— Про личное в нашей среде никто особо не распространяется. Сама понимаешь, любое слово могут использовать против тебя. Знаю только, что Север сирота, всю жизнь провел в приюте.
С самых низов, короче, поднялся. Так что если ты вдруг переживаешь, что свекрови не понравишься, то зря, — весело хмыкает Камиль.
— Ха-ха, смешно как, обхохочешься, — не разделив его веселости после черной шутки, кривлю губы. Складываю руки на груди и припечатываю обиженно: — Дурак.
Леднёв только еще громче хохочет и пожимает плечами.
— Не бери близко к сердцу, принцесска. Тут у каждого второго история жизни такая, что обнять и плакать.
Всех не нажалеешься.
— Артур не все, — буркаю насупленно.
— Я и забыл, что он твой принц на белом коне, — продолжает отпускать язвительные шуточки Камиль, не прекращая посмеиваться.
Так бы и придушила голыми руками!
— Кстати, у него жена была, — очень удачно отвлекает меня от кровожадных мыслей Леднёв.
— Что? — встрепенувшись, оживляюсь я, — Север не говорил, что был женат.
— Я не знаю, гражданская или законная, так что тут уж извини. Главное, что кроме нее родных людей у Севера не было.
Хотя считается ли жена родным человеком? Вы же вроде как не кровные родственники…
— Кровь тут роли не играет, — обрываю его размышления вслух и нетерпеливо дергаю за рукав рубашки, — Что с ней случилось? Они развелись? Она жива?
— Нет вроде бы. Уж извини, был занят другими делами: пытался выжить, — развернув ко мне на секунду лицо, Камиль кривит губы в невеселой улыбке."
"Дорога кончается неожиданно быстро.
