— Ты меня пугаешь, Ангелок, — сказал я, попытавшись отбросить все пошлые мыслишки в сторону.
— Напуганной сейчас должна быть я, — она издала нервный смешок. — Очень надеюсь, что дети не проснутся в самый неподходящий момент. — Шехназ потянулась и открыла ящик прикроватной тумбочки, доставая из него полоску черной ткани. — Я завяжу тебе глаза, и с этого момента ты будешь делать только то, что я скажу. И молчать, — тут же добавила она, заметив, что я уже готов засыпать ее вопросами. — Пожалуйста, Мансур! Иначе я засмущаюсь и ничего не смогу сделать! — Взмолилась она, шокируя меня своими действиями.
Я не успел ничего ответить, как Шехназ накрыла мои глаза повязкой и, сделав узел на затылке, погрузила меня в темноту.
— Молчи, — повторила она, накрыв мои губы пальчиком и глубоко вздохнув. — Пожалуйста.
Нежный рот накрыл мои губы, вызывая дрожь предвкушения, и все протесты тут же были отброшены. Поцелуй настолько захватил меня, что я даже не сразу отреагировал, когда она, прервавшись, толкнула меня на подушки и забралась на мои бедра.
Теперь мои сомнения исчезли, я догадался о ее задумке, и моя кровь забурлила от желания.
Я чувствовал ее близость, но не мог ничего видеть, и это лишь добавляло пикантности. Наклонившись, она еще раз быстро поцеловала меня и тут же с тихим вздохом отстранилась, не дав мне ответить на поцелуй. Провела своими нежными ручками по моими обнаженным плечам, спускаясь к напряженным мышцам груди и пресса. Хорошо, что на мне было только повязанное после душа полотенце… которое она неожиданно сорвала с моих бедер!
Черт! Неужели она все-таки собирается сделать то, о чем я думаю?
Вздрогнув, я застонал, почувствовав ее язычок, дразняще порхнувший вокруг моего пупка.
Она довольно хмыкнула, смело, но мягко взяв мой напряженный ствол в руки. Я с трудом сдержал желание сорвать с глаз повязку, желая увидеть ее ласкающей мой член."
"Между тем ее пальчики продолжали порхать по моей плоти, а рот перешел на мое бедро, целуя и покусывая его.
Откинувшись на подушки, я постарался расслабиться, чтобы ненароком не сбить ее настрой, ведь стоило ей смутиться — и о продолжении можно было бы забыть. А этого я бы не пережил.
Я знал, что она не делала этого раньше. И уже одно это осознание сводило с ума. Собственник внутри меня выл в экстазе от того, что она решилась на это сама, без просьб и намеков с моей стороны. Я знал, чего ей стоило решиться на подобное.
