«Интересно, а какой цвет получится у потомков, если объединить синий и желтый?» — пришла ему в голову неожиданная мысль, и он поморщился. Мадонна, о чем только думает?
— У меня есть два объяснения случившемуся, — отвлек его Форнезе.
Друг захлопнул книгу и посмотрел с хорошо знакомым прищуром. Выходит, на что-то наткнулся?
— Если сложить все цвета магического спектра, получится какой? Фиолетовый. А это значит, что твоя служанка обладает всеми видами магии. Теоретически.
В холодных серых глазах загорелся огонек.
— Невозможно, — покачал головой Абьери. — Ты забыл про стрелку.
— А вот это как раз второй вариант. Правда, он слишком невероятный, чтобы быть правдой.
— Ты о чем?
— Мы можем допустить, что сама девушка не имеет магии, но при этом способна поглощать чужую. Но это только предположение и, скорее всего, ложное. Сто лет назад мэтр Треви пытался развить эту теорию, но так и не смог ничего доказать. Все его эксперименты закончились неудачей.
Абьери задумался. Способна ли хоть одна из гипотез Форнезе оказаться правдой? Поглощение магии или симбиоз магических потоков… А ведь в этом что-то есть.
Может, жертвенный камень именно поэтому так отреагировал? Если допустить, что Алессия способна объединять разные виды магии, это объясняет, почему ее пропустила защита, и отчего оказались сняты несколько слоев заградительных заклинаний, препятствующих проникновению сущностей Нижнего мира в Верхний. Хорошо еще, четыре последних слоя удержались, иначе от виллы не осталось бы камня на камне.
Абьери с трудом тогда удалось восстановить охранный контур. Выложился досуха, едва душу Создателю не отдал. Но справился.
— Очень интересный случай, — пробормотал Форнезе. — Откуда, говоришь, эта служанка? Из Саритии? Тамошние маги давно вели эксперименты по объединению нескольких видов магии. Сандро, ты уверен, что девушка не шпионка?
— Вряд ли, — ответил Абьери.
Ему почему-то не понравилось, что Марко озвучил его собственные мысли. И он поймал себя на том, что готов защищать Алессию, будь она хоть шпионкой, хоть преступницей, хоть кем угодно.
И осознание этого вызвало недоумение. Когда он успел потерять бдительность и разум?
— Надо бы присмотреться к ней повнимательнее, — не услышал его Форнезе. — Проклятье, если бы можно было отложить разговор с императором...
Марко покрутил в руках перо и уставился в окно.
— Дай мне несколько дней. Я должен все обдумать, — спустя пару минут, заявил друг. — И аберон оставь. Мне еще нужно кое-что проверить.
