— Ты должна вести себя как обычная простолюдинка. А как этого добиться, если ты свободной родилась и кланяться не привыкла? Да любой сразу поймет, что с тобой что-то не так. И опять в тюрьму попадешь. Ты ведь не хочешь в тюрьму?»
В тюрьму я не хотела, потому и согласилась, чтобы Лючия наложила на мою память магическую заплатку и заменила настоящие воспоминания выдуманными. Вот только с тех пор, как я попала в Навере, прежняя жизнь стала прорываться яркими видениями все чаще и чаще. И это было опасно.
— Возьми, — мне в руку ткнулась льняная салфетка.
— Простите, — утерев губы, посмотрела на герцога. Тот буравил меня внимательным взглядом, и мне показалось, что в нем мелькает подозрение.
— В каком городе ты родилась? — все также, на саритийском, спросил Абьери.
— Аргаба, — без запинки ответила я, радуясь тому, что Джованна много раз устраивала мне «тренировочные» допросы.
— Кем были твои родители?
— Отец держал лавку скобяных изделий, но она сгорела.
— Как он умер?
— Они с мамой погибли в море. Утонули.
— Сколько тебе было?
Вопросы следовали быстро, не давая мне времени подумать над ответами.
— Девятнадцать.
— Почему ты не осталась на родине?
— Голод.
Джованна рассказывала, что три года назад в Саритии была страшная засуха, вызвавшая неурожай и голод. Многие жители тогда подались в соседние страны, пытаясь выжить, так что моя версия казалась довольно правдоподобной.
Абьери задумался. Тьма на его лице сгустилась.
Я изо всех сил старалась не показывать своего волнения. Если герцог заподозрит, что я лгу, это будет конец.
— Ноэлья! — после долгой паузы позвал герцог, а у меня внутри все сжалось.
— Да, хозяин?
Старая ньора неслышно возникла рядом со столом.
— Скажи Винченцо, чтобы подготовил все для завтрашней охоты, — не отрывая от меня взгляда, сказал Абьери.
— Хорошо, ньор герцог. Изволите послать за соседями?
— Нет. Один пойду.
Герцог небрежно откинулся на спинку стула. Лицо его выглядело неподвижным. А вот Гумер, наоборот, как-то странно подобрался, и в его глазах ярко вспыхнули алые искры, как будто пес уже предвкушал азарт охоты и легкую поживу.
На миг я ощутила себя той самой жертвой, которую загоняет опытный охотник, и поежилась. Неприятное ощущение. Вот только я не жертва. Абьери ничего не добьется, он не сможет меня «загнать».
— Да как же один, хозяин? Кабанов в дальнем лесу сколько, самый сезон, одному никак нельзя, — всполошилась старушка.
— Ноэлья, — взглядом остановил ее герцог, и ньора замолчала на полуслове.
