— Алессия!
Меня подхватили знакомые руки, прижали к темному бархату верты, а я и плакала, и смеялась от счастья, что Абьери здесь, со мной — не какой-то призрак, а самый настоящий, из плоти и крови.
— Сандро…
Я обнимала герцога, забыв обо всех бедах, радуясь тому, что он рядом, что я снова чувствую тепло его губ и гулкие, уверенные удары сердца.
— Не пострадала?
Абьери рассматривал меня обеспокоенным взглядом, проводил руками по моим плечам, талии, бедрам, и все смотрел и смотрел в глаза, пытаясь убедиться, что со мной все в порядке.
И я смотрела в ответ — пристально, жадно, не отрываясь. И понимала, что этот чужой еще недавно мужчина стал самым родным и близким. Тем, рядом с кем я чувствую себя живой. Тем, кому могу доверять. Тем, кто не предаст и не бросит.
— Сандро.
По моим щекам текли слезы, но это были слезы радости. Они вымывали из души все страхи и боль, приносили облегчение, дарили освобождение от пережитого ужаса.
— Алессия, сердце мое, — прошептал мне в губы Абьери, и мы забылись в горячем, сбивающем дыхание поцелуе.
Я не видела никого вокруг. Забыла о наемнике, о Форнезе, о Бруно. Сандро целовал меня, и в душе расцветала яркая огненная роза. Она горела, переливалась, раскрывалась все полнее, а потом вспыхнула и слилась с тьмой Абьери, сплавляя нас воедино.
— А меня даже не поцеловала! — раздался обиженный голос. — Тоже мне, подруга, называется! Я тут, понимаешь, жизнью ради нее рискую, а меня будто и не замечают!
— Бруно, я очень рада тебя видеть, — с трудом оторвавшись от Сандро, улыбнулась надувшемуся нетопырю.
— Рада она, — проворчал тот и собирался что-то добавить, но его перебил Форнезе.
— Надо уходить, пока нас не обнаружила саритийская стража, — негромко сказал маг. — Думаю, их ланты уже засекли возмущение силовых полей.
— Да, идем, — кивнул Алессандро, все еще не отрывая от меня взгляда. — Сальваторе, ты с нами? — повернувшись к наемнику, спросил он.
— Нет, ньор герцог, я уж как-нибудь по старинке, — хмыкнул Рителли.
— Хорошо, — кивнул Абьери.
— Вот, держи, — он протянул наемнику толстый кожаный кошель и добавил: — Благодарю за помощь.
— Обращайтесь, ньор герцог, — усмехнулся Сальваторе, убирая награду за пояс.
— Я останусь. Нужно Гумера дождаться, — заявил Бруно. — А вы идите."
"— Быстрее, — кивнув нетопырю, поторопил нас Форнезе, а белое сияние усилилось и приблизилось настолько, что я почти ослепла.
— Держись крепче, — шепнул Алессандро, и мы провалились в холодный непроницаемый туман.
