Знать бы, что с моей девочкой все в порядке… Еще и кольцо как сквозь землю провалилось! Я уже все комнаты обыскала, но его и след простыл. Куда герцог мог переложить камень перемен? Неужели действительно отнес в аргестерий? В Ветерии банки принадлежали магам-аргери, или светлым хранителям, и богатые люди оставляли ценности не в собственных сокровищницах, а в зачарованных ячейках аргестериев. В такие хранилища ни один вор пробраться не мог, да и пожары с наводнениями на них не действовали.
— Алессия, ньор герцог велел тебе подняться в кабинет, — строгий голос Альды заставил меня отвлечься от размышлений.
Майрессса появилась, как всегда, неожиданно, и выглядела привычно желчной и недовольной. — А вы чего сидите? — напустилась она на служанок. — Живо за работу. Только и знаете, что языки чесать!
Женщины поднялись со скамьи и поплелись, кто в судомойню, кто к разделочному столу, а я пошла наверх, стараясь унять нахлынувшее волнение. За минувшие дни мы с герцогом почти не виделись. Когда я утром входила в его спальню, чтобы открыть деревянные ставни и раздвинуть шторы, Абьери в комнате уже не было.
С самого раннего утра он уезжал куда-то и возвращался поздно вечером, почти ночью. Иногда один, иногда с Форнезе, и тогда они надолго запирались в кабинете и оттуда доносились негромкие голоса и звон кубков. Пару раз к ним присоединялся еще и «черный» маг, и тогда заседания продолжались до глубокой ночи.
И вот сегодня Абьери вспомнил, наконец, и обо мне.
Я поднялась на второй этаж, тихо постучала, дождалась короткого «да» и вошла в кабинет.
Но не успела сделать и шагу, как оказалась в объятиях герцога.
— Алессия.
Горячие губы нашли мои, жадные руки рванули тесьму рубашки, накрыли разом потяжелевшую грудь, страх отступил, и я растворилась в знакомом уже безумии. Огонь по венам. Жар в крови. Полыхающее пламя, сметающее любые доводы разума. И музыка… Еле слышная музыка нашего недавнего танца. Вопреки всем бедам, она кружила, влекла за собой, поднимала над землей и заставляла забыть и о моих поисках, и о наших с Абьери отличиях, и обо всем, что нас разделяет.
Сейчас рядом со мной был не могущественный герцог второй по величине области Ветерии, а обычный мужчина. Страстный мужчина, в руках которого я была не нищенкой, не служанкой, не иномирянкой, а женщиной, равной ему во всем. Переход от страха к счастью оказался таким неожиданным, что недоверие, так долго жившее в моем сердце, почти тут же растаяло, поддаваясь звучащей в душе мелодии.
