Случалось, когда Фрейн отвлекался на беседу с кем-то из лейтенантов, я ловила темный взгляд Тая и быстро улыбалась ему: «Помнишь, о чем мы говорили? Он не притронется ко мне!»
Иногда я шутливо выставляла над ухом прядь волос, изображая прорезывающийся рожок. Было ли мне стыдно? Ни капли. Фрейн не сделал мне ничего плохого. Он пока не напоминал своего старшего брата из рассказов Веелы. Но он все равно был сыном императора. Он поддерживал прогнившую насквозь систему. Мой отец погиб из-за таких, как он!
Я собиралась быть милой и очаровательной, покорной невестушкой, которая забыла о том, что мирные жители в приграничье едва выживают.
О том, что твари разоряют города и убивают людей. О том, что война может продолжаться еще столетия, в то время как высшая знать столицы отдыхает на водах Лор-Тайра.
Я ни за что не позволю своему сердцу размягчиться и сделаю то, что должно.
Вот только притворство, как оказалось, тяжелый труд: сложно все время изображать вежливый интерес и не огрызаться.
Поэтому, когда сегодня Фрейн не явился на завтрак, я вздохнула с облегчением и даже — невиданное дело — не велела Вернону заткнуться и дать всем позавтракать спокойно.
Колояр и его парни наконец убрались восвояси, их место заняли три одаренных, один из них — белобрысый Тивер.
— Послезавтра выступаем, — сообщил он как ни в чем не бывало. — Сейчас говорил с его высочеством. Все готово, нет смысла тянуть.
— Я смотрю, вы прямо друзьями стали, — фыркнул Майк.
— Завидуй молча, — отбрил его Тивер.
На самом деле Фрейн завел себе если не друзей, то любимчиков. Он явно выделил часть офицеров: подходил поболтать с ними будто на равных. Смеялся вместе с ними, что лейтенантам явно льстило.
Может быть, Фрейну было скучно. Может быть, одиноко и он искал общения. Военный этикет не возбранял дружбы среди равных, а Фрейн, кроме того, что был сыном императора, еще и включил обаяние на полную катушку.
Ничего плохого он не делал, почему же меня подтачивал червячок беспокойства? Который вырос до размеров змеи, когда я узнала, как распределят отряды.
Вместе со мной и кадетами отправятся любимчики Фрейна.
Этому нашлось простое объяснение: принц хотел, чтобы рядом с его невестой находились те, кому он доверял. Но змеюка, что грызла меня изнутри, не слушала голоса разума.
Я поделилась тревогой с Тайлером и Ярсом.
— Я зря паникую? — спросила я, надеясь, что они меня разубедят. — Ярс, ты точно в моем отряде. Тай, а ты?
— В твоем.
