Но я знала, что, если позову его, он немедленно отложит дела и встанет навстречу.
— Папа… — прошептала я.
И словно наяву увидела, как отец поднял голову от документов и обернулся на зов. Такой родной. Любимый…
— Прощай, — всхлипнула я.
Прикрыла дверь, отступила. Шаг. И еще шаг. Тихонько спустилась по ступенькам, стараясь не шуметь и не скрипеть, чтобы не нарушить тишину опустевшего дома. У отца не было могилы, но этот дом, кабинет — хранили память о нем. На душе было и грустно, и светло — будто я обняла папу.
У крыльца стоял Тайлер. Он встревоженно посмотрел на меня:
— Как ты?
Пришел все-таки, не выдержал. В дом не заходил, ждал снаружи, и в душе разлилась теплая благодарность.
— Ничего не осталось, — сказала я. — Но все равно — приятно побывать… дома.
— Кое-что осталось, — загадочно улыбнулся Тайлер и сунул руку в карман. — Я нашел в прошлый раз. Твоя?
На ладони Тайлера лежала Растрепа. Моя куколка, которой я шила платья из лоскутков. Однажды Растрепа бесследно исчезла, а оказывается, она просто завалилась между стеной и боковиной кровати.
Лежала там все эти годы. Ждала меня.
— Растрепа! — Я обрадовалась ей, как дорогой подружке. — Вот это да!
Но, подержав куколку в руке, отдала ее обратно Таю.
— Пусть будет у тебя. Береги ее!
— Как зеницу ока! — шутливо отрапортовал Тайлер, вытягиваясь по стойке смирно.
Мне стало легче после того, как я навестила гарнизон. Будто перевернула последнюю страницу некогда любимой книги. Но она закончена, пора двигаться дальше.
В деревянном сундуке, выложенном соломой, постепенно пополнялся запас флаконов с кровью.
Еще три дня — и выступаем. Мне уже мерещилось, что любая еда отдает затхлым вкусом кроветворного настоя из жуков, но в целом дела обстояли неплохо.
Жизнь в лагере устоялась. Даже Лесли перестал трястись каждую минуту: привык. Лейтенанты тренировали кадетов, так как заняться им, кроме дежурств, пока было нечем. За несколько дней произошло несколько коротких стычек с тварями, которые тянулись с бесплодных земель на запах жилья и людей.
С ними быстро сладили: ни на одном из ныне действующих форпостов на северной границе не собралось так много одаренных, как здесь.
Колояр в бою одолел варга, напросившись в дозор, и теперь ходил гордый, будто уже получил нашивки лейтенанта. Он постоянно рассказывал о своей первой настоящей битве Норму и Алеку, чем окончательно их допек. Да что там, допек даже Ярса.
— Клыки с мою ладонь! — в очередной раз живописал Колояр упокоенную бестию.
