Максимилиан поднимает вверх лицо и кричит:
— Что там за баба?
Почему пьяна?
За кулисами что-то вспыхнуло, сцена на короткое время окуталась дымом. Он быстро расходится и перед троном возникает оборванная старуха-Смерть с косой. Она отвечает Максимилиану:
— Я вовсе не баба,
И вовсе не пьяна.
Я — смерть твоя упряма!
Зал разразился аплодисментами.
— Ну, чертяки! Ну, молодцы! — весело отозвался на аплодисменты Врангель.
А действо двигалось к своему завершению. Испуганный царь Максимилиан, все так же кряхтя, слез по лестнице со своего трона вниз, упал перед Смертью на колени, взмолился:
— Мати моя, любезная Смерть!
Дай мне сроку жить еще хоть на три года!
Смерть ему отвечает:
— Нет тебе срока и на один год!
Максимилиан:
— Мати моя, разлюбезная Смерть!
Дай мне пожить еще хоть три месяца!
Смерть покачивает косой:
— Не будет тебе и на месяц житья!
Максимилиан:
— Мати моя, преразлюбезная Смерть!
Продли мою жизнь хоть на три дня!
Смерть:
— Не будет тебе сроку и на три часа!
Вот тебе моя вострая коса!
Смерть ударяет Максимилиана косой.
И под бурные аплодисменты зрителей он долго и мерзко умирает.
Потом все действующие лица, и живые и ожившие, вышли на поклоны и вывели на авансцену смущенного и упирающегося подпоручика Акатьева. Стрельцы, пажи, сенаторы, Максимилиан с Одольфом и даже вполне симпатичная, с умытым лицом, Смерть подхватили его на руки, стали раскачивать и подбрасывать в воздух.
Зал аплодировал.
— Да погодите вы! Постойте! Дайте сказать! — просился Акатьев.
Когда его наконец поставили на ноги, он, тяжело дыша, объявил:
— Это не все! У нас еще концерт!
И потом, после небольшого перерыва, начался концерт. Танцевали и пели русские и украинские танцы и песни.
— Сколько талантов! — между какими-то номерами восторженно сказал Врангель Кутепову. — Как замечательно вы все это придумали!
— Вы не устали, Петр Николаевич? — заботливо спросил Кутепов.
— Пожалуй, можно и на покой, — согласился Врангель.
— Я не устал. Но уж слишком много впечатлений. А молодежь пускай повеселится. Завтрашние занятия отмените.
И они стали осторожно продвигаться к выходу.
— …Сыпал снег буланому под ноги,
С моря дул холодный ветерок…
— разносился со сцены чистый красивый голос.
Врангель остановился, обернулся. На сцене пел высокий, чуть сутулый солдат. Врангель уже слышал когда-то эту песню. И, кажется, совсем недавно.
