Есть диванчик, впереди ширма.
Мы садимся, Саид хлопает в ладоши. Ширма открывается, и перед нами предстает первая девушка. Молоденькая, перепуганная. Стоит с зажмуренными глазами и дрожит.
— Что это? — спрашивает властно Марго.
— В смысле?
— Почему она одна? Я хочу видеть сразу всех.
— Но… Так будет сложнее продемонстрировать достоинства каждой.
— Их основное достоинство — дырка, в которой пока никто не побывал. Или мне что-то не так передали?
— Да, но, все девушки разные.
— Вот именно. Я сама выберу то, что нужно.
У меня клиент на каждую найдется. А их достоинства… оно у них одно — ноги раздвигать по команде.
— Хорошо, хорошо. Сейчас.
Саид выходит, я смотрю на Марго немного в шоке. Такого я не ожидал.
— Что? — спрашивает она.
Слов у меня вертится много, но озвучить я ничего не могу, потому что здесь могут быть камеры. Да и Саид уже возвращается.
Ширма закрывается, за ней слышен шум, шаги, шелест одежды, а потом все стихает, ширма снова ползет в сторону.
Перед нами предстает семь девушек.
Все молоденькие, одна из них вообще больше похожа на ребенка. Все разные. Кто-то поглядывает со страхом, кто-то с вызовом, кто-то просто смотрит в пол. Марго встает, подходит к первой:
— Как зовут?
— Она не понимает. Ни по-русски, ни по-английски, — объясняет Саид.
— Откуда она?
— Из глухой испанской деревни.
Марго легко переходит на испанский. Повторяет вопрос. Девчонка смотрит с вызовом, говорит какую-то фразу резким тоном. Раздается звонкая пощечина, моя сильная женщина заламывает бедняжке руку, и шипит ей что-то на ухо.
Слышно плохо, тем более, что испанский я не знаю. Но девчонка притухает. Стоит понуро, теперь со страхом поглядывая на Марго. А та осматривает каждую. Кого-то просит повернуться, кого-то открыть рот. С каждой ведет себя властно и грубо. Замирает только на последней, которой на вид лет 12. Долго смотрит на нее, девочка дрожит, подбородок у нее тоже начинает подрагивать. Марго садится перед ней, смотрит в глаза, что-то тихо говорит на ухо.
Девочка кивает и затихает. Потом Марго разворачивается и произносит.
— Все ничего, но цена завышена. Мне проще взять какую-нибудь раздолбанную шалаву, сделать ей операцию и продать как девственницу. Тем более, что здесь есть зависимые. С ними хлопот всегда много. Лечить их бесполезно, а если продолжать кормить химией, то это, во-первых, дорого, во-вторых, они быстро выходят из строя. Мы возьмем всех, только если цена будет снижена на 30 %.
