Я тебя здесь каждую пятницу вижу, только я, в отличие от тебя, не меняю цвет волос, да и форма на мне одна и та же. Так зачем позвала? — хороший вопрос. Мальчик не так прост, как кажется.
— А ты как думаешь?
— Хочешь поиграть? Ты ведь для этого мужиков к себе за столик пускаешь? Поулыбаешься, заведешь и свалишь?
— А ты наблюдательный. Это редкость. Нет. Сегодня я не хочу играть. У меня другое настроение. Иди за мной!
Встаю и иду в сторону туалетов. Не сомневаюсь, что пойдет следом. В конце коридора толкаю дверь на лестницу, которая ведет к черному ходу.
Вхожу в темноту, спускаюсь на один пролет. Сажусь на подоконник, сбрасываю туфли, забираюсь с ногами. Могу принять соблазнительную позу, но не хочу. Смотрю в окно, снова вижу огни. Сосредотачиваюсь на них, чтобы избавиться от других образов, которые настырно лезут в душу.
Вспоминается наша первая ночь. Она настолько яркая, что забыть не получается до сих пор. Его руки жгут, губы дарят неземное блаженство.
Случилась наша близость не сразу. Я ведь была еще девочкой.
После той волшебной ночи в лесу он пропал. Проводил до бабушкиного дома и растворится в первых лучах рассвета. Потом казалось, что все это вообще привиделось мне. Что он был не настоящим. Одним из представителей нечисти, что по приданию гуляют в лесу в волшебную ночь.
Его я встретила снова случайно. Через пару недель девчонки вытащили меня на местную дискотеку. Проходило это действо в деревенском клубе. Гремела музыка, пьяная молодежь курила вокруг клуба и внутри. Жалкое подобие светомузыки играло яркими огнями на дрыгающейся в танце толпе.
Я не любила это место. Но сегодня девчонки уговорили. Я чувствовала себя здесь не в своей тарелке, хотя компания у нас собралась большая и шумная. Пацаны пытались подкатывать, но как-то глупо и по-детски. Они откровенно бесили.
Мы вышли с девчонками подышать. Танька закурила сигарету. Предложила и мне, но я не любила вонючий дым. Почему-то вспомнился другой запах. Других сигарет. Так пахло от него. Вишневый дым и дорогой парфюм.
Откуда этот запах? Порыв ветра принес именно его. Поворачиваюсь и натыкаюсь снова на черные глаза. Они прожигают меня насквозь. А их обладатель в паре метрах от меня стоит, облокотившись на блестящий байк, и курит ту самую сигарету.
— Смотри-ка, Барон младший пожаловал! — говорит Танька. — А чего это он с тебя глаз не сводит?
— Не знаю, — отвечаю я и отворачиваюсь от него с трудом.
— Осторожнее с ним, — предупреждает подруга, — это племянник Барона.
