Страшно эту правду узнавать не меньше, чем хоронить ее. Но я должен. Должен узнать все. Без этого жить дальше не получится.
Поднимаюсь на гору, дохожу до дороги. Байк мой одиноко стоит под деревом, где я его и оставил. Хочу завести, но понимаю, что это дохлый номер, потому что шланг перерезан, и топливо из него все вытекло. Засранка. Не хочет, чтобы догнал ее. Обижена. Меня винит во всем. Хотя в чем именно, до конца не понятно. Надо найти ее срочно, чтобы разобраться.
Дорога назад заняла пару часов. Пришлось пешком топать до оживленной дороги, а потом ловить попутку.
Телефон мой сдох, искупавшись в воде. Вот тебе и дорогущая водонепроницаемая модель. Денег с собой у меня тоже не было почти. Так, какая-то мелочь в кармане. Подвозить меня никто не торопился. Остановился только дедок на стареньком грузовике. Повезло ему крупно. За помощь я его щедро отблагодарил потом.
Вернувшись в отель, первым делом потребовал на ресепшене ключ от ее номера. Вид у меня был дикий и потрепанный. Поэтому можно понять, почему пораженный администратор сначала не узнал меня.
Даже грозил охрану вызвать. Когда дошло, кто перед ним, побледнел и дрожащей рукой протянул карточку-ключ. Я бегом двинулся в ее номер. Внутри трясло, хоть я и понимал, вероятности застать ее очень мало. По дороге в ее корпус меня догнал перепуганный Алекс. Он почти как мамочка кудахтал, причитал, как я мог поступить так необдуманно, как мог так рисковать. Увидев мой потрепанный вид, начал звонить доктору. Пришлось послать его подальше. Сейчас мне точно было не до доктора, и не до его переживаний.
Ворвавшись в номер, сразу стало понятно, что здесь ее нет. Более того, похоже, что здесь ее и не было. Все вещи на месте. Я оглядывался, как безумный, замечая какие-то простые детали, от которых щемило внутри. Расческа, лежащая около зеркала, духи, брошенный небрежно шелковый халат. А еще в шкафу то самое платье со змеей. Оно, как насмешка, и блики зловеще играют на золотой змее.
— Искать! Землю рыть! — приказал я Алексу.
— Понял, — отчеканил он, — найдем! От нас не скроется!
Он уже почти вышел, когда я крикнул вслед:
— Стой!
— Что?
— Чтобы ни один волос с ее головы не упал! Понял?
— Но ведь она чуть не убила тебя! — в недоумении спрашивает он.
— Я дважды повторять не собираюсь! Передай, кто хоть пальцем тронет, лично сам вместе с руками оторву. Понял?!
— Хорошо, — соглашается он, — ясно. Она нужна тебе живая и здоровая. Так?
— Нет. Не так. Она мне просто нужна. Любая. Но желательно, живая и здоровая.
