— Скорее всего, так и есть! А ты не боишься отморозить задницу в этой недоюбке, когда мы в Россию прилетим?
— Меня будут греть жаркие взгляды!
— Сучка!
— Еще какая!
— Ладно. Я ценю твои попытки меня отвлечь от дерьмовых мыслей, но все самое веселое еще впереди. Нас могут встречать в России.
— Конечно, могут. Они и здесь нас ждали. Ты же видел этих мудаков, которые высматривали все и всюду. Но мы проскочили. Надеюсь, и дома нам повезет. Кстати, предлагаю остановиться в моем доме, который достался мне от Василия Николаевича.
Он большой, стоит в тихом месте. Не думаю, что там нас будут искать.
— Хорошо. Давай.
Все получилось. Прошло без сучка и задоринки. В России мы снова проскочили прямо под носом у тех, кто выискивал наши лица. Снежанна не подвела. Достала всех своими придирками и капризами. Но главное, не попалась. Такси доставило нас по нужному адресу, и вот мы уже у ворот дома, где я не была очень давно. Дом встречает нас холодной пустотой, глазницы окон смотрят неприветливо.
Начинается мерзкий дождь, поэтому хочется скорее спрятаться, ощутить тепло очага, но сегодня нам этого не светит. Проходим по гостиной, мебель вся укрыта белыми чехлами. Все замерло в тоскливой тишине в ожидании хозяина, который никогда уже не посидит на огромном диване, никогда не растопит огромный камин, не плеснет в стакан янтарный обжигающий виски, не закурит толстую кубинскую сигару. Замираю на пороге, на меня набрасываются непрошенные воспоминания.
Василий Николаевич был мне как отец, а Машка как сестра. До сих пор сердце сжимается за них старой болью.
— Проходи, — говорю я, голос немного охрип от накативших чувств. — В доме давно никто не жил. Зато искать нас здесь никто не станет.
Следом заходит Степанида Николаевна, старая домработница, которая все еще живет здесь в домике для прислуги, присматривает за домом, убирает двор. Да и жить ей больше негде. Она больше 20 лет преданно служила Василию Николаевичу. Я только из-за нее и не стала продавать дом.
Здесь ее жизнь, а я от этой женщины видела только добро.
— Я сейчас отопление включу. Что ж ты, деточка, не предупредила меня? Я бы все подготовила, постель застелила, ужин приготовила.
— Не получилось предупредить. Ничего. Мы тебе поможем, Николавна! Быстрее будет! — говорю я, помогая снимать чехлы с мебели. Вместе мы быстро справляемся. Амин пока затапливает камин, тепло от него сразу разливается по комнате.
