Конечно не спал. Разве в спальне этой, как он выразился, дорогой гостьи уснёшь!
Иви попыталась вырваться, и я поняла, что с силой стискиваю ее ладонь. Отпустила, боясь, что трусиха тут же растворится в воздухе, но она не растворилась. Только на разъяренного Рейнера так и не посмела взглянуть прямо.
— Раз ты действительно не в курсе, почему столь уверенно утверждаешь, будто с ней ничего не случилось? — тот наконец совладал с собой и вновь заговорил высокомерно и холодно.
— Потому что если бы случилось, то ты сейчас хлопотал над ней или бежал бы за помощью, а не со мной разговоры разговаривал.
Если любишь, конечно. Ну а если все же случилось, но ты так безразличен, что и не пытаешься ей помочь, выходит, вовсе ее не любишь. Просто спишь с той, которая не против. Я была о тебе лучшего мнения, Рэй.
С этими словами я укоризненно посмотрела ему в глаза. А он... Отвёл взгляд. Не как обычно, когда желал показать, что ему на меня смотреть противно. А так, словно моего взгляда не выдержал. Или пытался что-то скрыть.
Неужели у голубков что-то не ладится?
— Впрочем, меня это не касается. Для меня имеет значение разве что факт ее наличия. Делай с ней что хочешь, нас, главное, не впутывай, — закончила я равнодушным тоном, скрывая любопытство. Позже узнаю все сплетни, от горничных.
— Какая чудовищная пошлость! — вырвалось у Рейнера. — Ты была права — я брал в жены совершенно другую девушку. Воспитанную как должно. Покорную. Знающую свое место...
— Поздно спохватился, милый, но я рада, что наконец осознал.
Однако мы отвлеклись. У тебя вроде бы ко мне срочное дело. Или больше не срочное?
Рейнер спохватился и наконец сказал, что опять напугало его зазнобу и заставило его выползти из любовного гнёздышка ради разговора с ненавистной женой. Шумелка-мышь, которая нам с Иви ни разу не досаждала, явно не любила чужих в доме. Прошедшей ночью она пробралась в комнаты Бети, скакала по стенам, пугала ее воплями и оставила на прощание подарок. Подарки. Где пробегала, там и оставила, в том числе на туалетном столике с ее косметикой и побрякушками.
— И все?! Рэй, это всего лишь мышь. Маленький вредитель. Грызут и гадят, такая у них природа, к горшку не приучишь. Мы в деревне, здесь они и в лачугах, и в замках водятся, — внезапно меня озарил робкий проблеск надежды. — Правда, в проклятом лесу есть твари и похуже, по-настоящему опасные. Ты там поосторожнее... Кстати, мне управляющий говорил, что присмотрел в городе чудесный домик. Уютный и безо всякой неприятной живности.
