И немедленно извинилась, замолчала и потупилась. Но я про себя порадовалась, что она в принципе осмелилась при нем заговорить. Раньше теряла дар речи, стоило ему появиться на пороге.
— Она только их и говорит. Я давно привык, — отмахнулся Рейнер. — Тебе хватит часа, чтобы собраться? Мы навестим управляющего и сразу же отправимся домой, оденься подобающе. На прогулки по магазинам и другие развлечения не рассчитывай, я на них не настроен.
— Что-то? Но зачем мне?
Ехать с ним в город? Какие у управляющего могут быть к нам обоим дела, если после приезда графа он словно забыл о моем существовании? Хотела было расспросить подробнее, но Рэй заявил, что ждёт ровно через час, и вышел.
"
"Я не стала спорить. В город все равно надо бы съездить, осмотреться, пообщаться с немногочисленными новыми знакомыми, узнать новости. Мне было совершенно необходимо тренировать навыки коммуникации в здешнем мире, и я старалась делать это при любом удобном случае.
Не хочет задерживаться? Вот и прекрасно. Вряд ли в конторе долго просидим.
Пусть едет домой один, я обратно доберусь на извозчике.
Выйдя во двор к назначенному времени, я обнаружила Рейнера сидящим на месте возницы. Но он и коляску взял маленькую, двухместную. На днях приобрел, я тогда ещё подумала — шлюху свою наедине катать.
— А что с кучером? Случайно не заболел? — спросила, когда уселась, мы тронулись в путь, и створки ворот будто сами собой закрылись за спиной.
— Нет, у нас все здоровы. Люблю сам править, я в душе все ещё лошадник, — ответил он.
— Неужели? Мне показалось, ты не любишь животных.
— Не сравнивай благородное создание и лесных ублюдков, выродившихся от магической порчи, — он презрительно скривил губы. — В юности я даже участвовал в скачках.
Стоило нам выехать за территорию замка, как он заметно расслабился. Словно вырвался из напряжённого поля, я готова была поклясться — вздумай сейчас его коснуться, ничего не случилось бы. Никаких искр и ударов током.
— Раз тебе нравилось, почему бросил?
— Вес набрал. И так был на грани, с моим ростом.
А когда женская половина дома узнала, что я пытаюсь придерживаться диеты, все едва с ума не сошли от волнения. Приглашали врачей, упрашивали одуматься, носились за мной по дому, уговаривая отведать очередной деликатес... Отец запретил огорчать мать и сестер, пришлось с жокейством распрощаться.
— Какой ты всё-таки послушный мальчик! — не удержалась я от ехидной реплики. — Что велят, то и делаешь.
Он взглянул на меня снисходительно.
