Пробка хлопнула, немного пены перелилось из бутылки, под веселый смех и восклицания разлили по бокалам, взяли в руки, мужчина стоя произнес тост:
– Я очень рад в этот замечательный день познакомиться с тобой, Полина. Дело в том, что я сделал предложение твоей маме и она дала свое согласие. Надеюсь, вы с моими ребятами примете друг друга, полюбите, и мы все станем одной дружной семьей.
– Поздравляю, папа! Почему ты не сказал нам с Витей раньше? – порадовалась за отца до слез дочь Лена.
– Мы решили с Катенькой сообщить вам всем троим сразу, – пояснил любящий отец, с нежностью посмотрев на дочь, перевел взгляд на Витю и спросил: – А что скажешь ты, сын? Одобришь отца?
– Ну конечно, пап! – поднялся со своего места Витя, подошел к нему, обнял, снова вернулся за стол.
– Екатерина Петровна замечательная женщина, и я очень рад, что ты встретил ее и что снова можешь быть счастливым в семейной жизни. За вас!
Все чокнулись и выпили, кроме Полины, – чокалась она с удовольствием, а вот пить не стала, что тут же заметили претенденты в родственники.
– А ты почему не пьешь? – поинтересовалась Леночка. – Разве ты не рада за маму?
– Рада, и даже очень, – искренне призналась Полина и разочаровала девочку, явно что-то державшую в уме по поводу пития алкоголя Полиной. – Я не пью. Совсем. – И уверилась в своих подозрениях, заметив, как при этих словах многозначительно переглянулись брат с сестрой.
– Ребятки, угощайтесь! – призвала мама.
Застолье шло своим чередом. Подняли и выпили еще пару бокалов.
Поля отметила, что троица пьет совсем умеренно, скорее символически, и все чаще переглядывается."
"Поля порасспрашивала претендентов в родственники о насущном и выяснила, что семейство прибыло из города неизвестного, ибо ловко обойденного в разговоре, с намерением осесть в Москве. Витя закончил какой-то еще более неизвестный вуз и намерен искать работу в столице. Леночка учится, как ни странно, здесь же, в колледже. А Антон Игоревич в Москву якобы перевелся по работе с повышением.
Работа туманная, нечто невыговариваемое, но произнесенное с большим апломбом.
Ладно, решила Полина, я уже вкусно поела, пора заканчивать эту пьесу чужого автора. Она достала сотовый, улучила момент, когда мама гостеприимной хозяйкой, стоя за спинами жениха и Виктора, накладывала им из большой фарфоровой миски горячее, быстро подняла и сфотографировала.
– Вас вместе, – пояснила она и уже не спеша попросила: – Вы хорошо смотритесь. Лен, придвинься к ним поближе.
