Боже, эта женщина – настоящая дикая кошка. Она царапалась и плевалась, так что пришлось придавить ее к полу своим телом. А теперь он наслаждался, ощущая ее тепло. И это почти стоило того, что она у него отняла. Почти, но не совсем.
– Я оказался в затруднительном положении, – заявил он.
Шарлотта прищурилась, но не ответила.
– Мне следовало бы позвать власти и позволить им увести вас за взлом моего дома. Знаете ли вы, что это противозаконно и очень опасно?
– Кому знать, как не вам! Вы и сами это проделали!
– Однако, – продолжил Стюарт, – я действительно пока что не хочу вас отпускать.
Во всяком случае, пока не отплачу за то, что вы со мной сделали.
– Немедленно слезайте с меня или я перережу вам глотку, – тихо пригрозила Шарлотта. Ее глаза сверкали яростью, но она не шевелилась.
«Жаль», – подумал Стюарт. Ему очень нравилось, когда она извивалась.
– Отпустите меня сию же минуту, и я не напущу власти на вас за взлом моего дома.
– Но вы сейчас не в том положении, чтобы отдавать приказы, не так ли? – с сочувственной интонацией заметил Стюарт.
– Сейчас я сверху, и можно сказать, это мне нравится.
Он шевельнул бедрами, отчасти, чтобы доказать свою правоту, отчасти, чтобы удовлетворить потребности тела. В ответ, прежде чем она прокляла его снова, еще красноречивее прежнего, с ее губ сорвался едва слышный неразборчивый звук.
– Да-а-а-а, – протянул Стюарт, когда она замолчала. – Но это не отвечает на вопрос, что мне с вами делать.
Стюарт перехватил ее запястья одной рукой.
Шарлотта снова начала вырываться и продолжала делать это до тех пор, пока не стало ясно, что он может удерживать ее одной рукой так же хорошо, как и обеими. Другой рукой он осторожно откинул с ее лица растрепанные темные волосы и тихо рассмеялся, когда она отвела глаза. Его пальцы задержались на ее щеке, провели по шее. У нее была невозможно мягкая кожа, и Стюарт наклонился ближе, чтобы вдохнуть ее запах, который сегодня был слабее, чем обычно.
– Я знаю, что хотел бы сделать с вами, – прошептал Стюарт ей на ухо.
Она ничего не ответила, но дыхание ее участилось. Стюарт пошевелился, разделив коленом ее бедра. Ноги Шарлотты немедленно сжались, но было уже слишком поздно. Он поудобнее устроился на ней. Его бедра по-прежнему были между ее ног.
– Мне нравятся ваши брюки. Очень, – улыбнулся Стюарт, сжимая ее бедро.
Она дернулась.
– Я ошибалась насчет вас, – прошипела Шарлотта, все еще не глядя на него.
