Время от времени удавалось перехватывать радиопереговоры дезертиров, они активно прочесывали окрестные деревни и дачные поселки в поисках продовольствия, горючего и выживших людей.
Князев пару раз выходил на боевых машинах пехоты за периметр, добирался до выезда на шоссе. Лейтенант оказался человеком порядочным, насколько мог судить полковник по непродолжительным с ним беседам.
Странные это были разговоры – лейтенант перед камерой внешнего обзора и полковник за командирским пультом. Полковник отправлял всех из Центра, Князев гнал своих разведчиков куда подальше, и они беседовали.
Иванченко рассказал о сути «Варианта Б». Лейтенант кивнул, показывая, что новую информацию к сведению принял. На вопрос полковника, не хочет ли он уйти, усмехнулся и покачал головой.
Были у него какие-то свои принципы; информация о том, например, что в бункере находятся женщины и дети, с его точки зрения обязывала его остаться здесь, на месте, даже рискуя попасть под удар дружественных «Тюльпанов».
В общем, если правильно поговорить с Князевым, то, пожалуй, лаборатория не в такой уж безопасности, как хотелось профессору.
Можно было прямо сейчас мигнуть фонарями на периметре, вызывая лейтенанта на разговор, и попросить… намекнуть, что неплохо было бы подготовиться к броску на лабораторию.
Полковник несколько минут обдумывал эту мысль, прикидывая ее плюсы и минусы, потом сообразил, что все это время поглаживает пальцами пистолет, лежащий в кармане куртки.
Рано, сказал полковник. Рано. Чуть позже.
Иванченко надеялся, что сказал это о разговоре с лейтенантом, а не о своем желании пустить себе пулю в лоб.
Глава 10
Совсем тихо уйти не получилось. Кто-то стуканул комбату или он сам заметил подозрительную суету возле машин, но, прихватив нескольких автоматчиков, майор отправился разбираться, потребовал объяснений – за каким это хреном заправлялись без разрешения и что тут делают люди, вместо того чтобы выполнять свои непосредственные обязанности.
У майора был шанс пресечь беспорядки, если бы он сразу же вызвал танки, но он понадеялся на свое комбатовское слово, ему и в голову не пришло, что кто-то посмеет обсуждать его приказы, особенно после того, как всем было обещано противоядие.
Достаточно прикрикнуть и при самом плохом варианте приказать своим бойцам арестовать самого крикливого из нарушителей дисциплины.
Никто с майором переругиваться не стал, его просто расстреляли из пулемета. Перечеркнули одной длинной очередью и его, и его четверых автоматчиков.
