— Пусть и вас бережёт аллах!.. Чем я заслужил честь видеть у себя таких высоких гостей?
И он пытливо, даже с подозрением посмотрел на приезжих.
Арсен не успел ответить: внезапно из одной юрты появилась тонкая девичья фигурка. С криком: «Арсен! Роман!» — девушка бросилась к ним.
Это была Стёха.
Забившись в неудержимых рыданиях, она не могла произнести ни слова и только припадала к обоим казакам, которые буквально остолбенели, никак не ожидая такой встречи. Они-то думали, что пленницу держат где-то взаперти и придётся её разыскивать, требовать, чтобы отпустили, а оказалось, девушка первая увидела их и сама выбежала им навстречу.
И у Арсена, и у Романа навернулись слезы. Они по себе знали, что такое неволя, и понимали, какие душевные муки пришлось вытерпеть девушке и какая теперь бушует в её сердце радостная буря.
— Сестрёнка! — Арсен поцеловал Стёху в мокрые щеки. — Ну, как ты? Намучилась, бедненькая?
— Заберите меня отсюда! Заберите!
Она взглянула на Романа и, не стыдясь своего порыва, прильнула к нему.
— Солнышко моё! Ясочка! — гладил её пышные косы Роман и шептал, утешая: — Уедем! Сейчас уедем! Мы здесь для того, чтобы вызволить тебя, отвезти домой… Мы истосковались, разыскивая тебя и Златку…
На некоторое время и Арсен, и Роман, потрясённые встречей со Стёхой, выпустили из поля зрения старика Ямгурчи. Это было совсем короткое мгновение, но его оказалось достаточно, чтобы хитрый старик дал знак своим домочадцам — и они окружили двух чужаков и девушку.
Ямгурчи одной рукой схватил Арсена за плечо, а вторую, с кривым ятаганом, занёс над головой.
— Неверная собака! Признавайся, кто ты! — Глаза старика пылали злобой, крылья хрящеватого носа раздувались от возбуждения.
Арсен понял, что они попали в критическое положение и силой тут ничего не сделать. Оставалось лишь хитрить.
— Ямгурчи-ага, не к лицу правоверному так принимать гостей, будто они ворвались в твой дом, словно разбойники… Ай-ай-ай! А Кучук-бей, Чора и Варвара-ханум расхваливали тебя — умного, доброго и преданного их семье человека.
Эти слова на старика не подействовали. Он сурово сказал:"
"— И Кучук-бей, и мой воспитанник Чора, и Варвара-ханум, да будут благословенны их дни, не ошибались, когда так говорили… Но чем объяснить, что эта дивчина-гяурка узнала вас и обрадовалась, как братьям? А?
— Потому что мы и есть её братья.
