Так что, честно говоря, единственное мое желание — это увидеть, как вы отсюда убираетесь.
— Могу себе представить! — бросил Рафаэль. — Видно, что ты очень счастлив встретиться со своей женой, вам, конечно, сильно хочется надолго остаться наедине… Но понимаешь, первое, чем ты можешь быть мне полезен, папочка, — это перестать держать меня за идиота! Потому что, напомню тебе, у меня в руке оружие. У меня, а не у тебя. Так что я не понимаю, о какой договоренности ты болтаешь. Впрочем, я даже не понимаю, почему ты вообще о чем-то болтаешь…
Пока он произносил эту тираду, голос у него изменился.
Начав ироническим тоном, под конец он уже перешел к непосредственным и откровенным угрозам.
Однако Патрик по-прежнему не выказывал никакого беспокойства. Он был невозмутим.
И все же прежде, чем ответить, он дал себе время на размышление.
— Мы сделаем все, что вы пожелаете. Самое главное, чтобы вы не причинили зла моей жене.
Наконец-то, подумал Рафаэль.
— Ты немного опоздал, — буркнул он, прикуривая. — Видел ее физиономию?
— Зачем вы ее истязали?
В этом вопросе не было ни гнева, ни волнения.
Он всего лишь осведомился. Таким же тоном, как если бы спросил, который час.
— Она вела себя неразумно!
— Понимаю.
Преступник был ошеломлен. На мгновение он даже потерял дар речи и принялся разглядывать полковника — сперва с удивлением, а потом и с презрением. То есть с отвращением.
— Но это не повторится, — добавил супруг.
— Ладно, я, конечно, смертельно хотел бы протрепаться с тобой всю ночь, но мне необходимо вздремнуть.
Завтра меня ждет долгая дорога… Так что я привяжу тебя к этому роскошному фермерскому столу и засуну тебе кляп, чтобы ты заткнулся. Потом я свяжу твою жену прямо на койке и наконец буду спокоен. Такая программа тебя устраивает, папочка?
Патрик кивнул:
— Я вам сказал, мы не окажем никакого сопротивления.
— Чудно! Ты просто великолепен! — усмехнулся Рафаэль. — И это хорошо. Потому что, если ты сыграешь со мной злую шутку, я всажу пулю тебе в башку… Вот сюда, — добавил он, приложив указательный палец ко лбу полковника.
Патрик не выглядел ни убежденным, ни впечатленным. Снова этот пустой взгляд.
— Спроси у своей жены, — добавил Рафаэль. — Она тебе скажет, что это мой конек.
— Я в этом не сомневаюсь.
— Давай поднимайся. Я специально для тебя припас рулон скотча. Нашел у тебя в сарае, там полная коробка… Ты его что, коллекционируешь?
— Нет.
— Уж не знаю, что ты с ним делаешь, но… в любом случае это очень практично.
