Помню скупое «Еду» — самое короткое сообщение, которое я когда-либо получала. А все равно... скольжу взглядом по красивому лицу, пытаюсь убедить себя, что это не плод моего воображения. И проигрываю.
— Не хочу будить Глеба, а Хаванский без шума не впустит, — оглядываясь куда-то назад, произносит Марк.
— Вдруг я тоже буду шуметь? — Облизываю внезапно пересохшие губы.
Всего день порознь, а соскучилась, словно не виделись девять лет.
— Будешь. — Глаза Марка становятся такими же чёрными, как ночь за его спиной.
— Обязательно.
Прошлая я фыркнула бы от такого обещания. Мужские клятвы стоили столько же, сколько мужская верность. А нынешняя я... будто девочка, одергиваю рукав пижамы и позволяю перемахнуть через подоконник.
— Тебя и на сутки нельзя оставить. — Закрыв окно, Марк тут же сбрасывает свой пиджак.
— Не нравится, найди себе другую, — на нервах я несу полный бред.
Сердце болит от его усталого вида. Губы саднит от потребности перецеловать всего — от новой морщинки на лбу до сбитых костяшек.
— Здоровья не хватит на еще одну такую. — Сильные руки стекают по моей спине к талии и вжимают в каменный пресс.
Обычное движение. «Я соскучился» — на нашем собственном языке жестов. Следом всегда шел поцелуй, а после — омут из движений, стонов и хрипов. Невозможно было противостоять сумасшествию. Меня клинило от аромата этого мужчины, его роскошного тела и одержимости во взгляде.
Сейчас привычные алгоритмы не работают. Вспомнив кровавые снимки, отступаю и заставляю Марка выпустить меня из объятий.
— Как ты выжил? — Пуговицу за пуговицей расстегиваю на нем рубашку. — Не смей врать! Я видела фотографии на твоем столе. С такими ранами лишь одна дорога. В морг.
— Я тоже хотел в морг. Но перед этим нужно было закончить кое-какие дела."
"Шаталов внимательно следит за моими пальцами. Не мешает и не помогает.
— Дела?!
— Очень важные!
— Настолько важные, что ты перезнакомился со всеми девушками рядом с домом моей мамы? Целую область осилил!
— Это было не так приятно, как ты могла подумать.
— На губах Марка мелькает тень улыбки.
— А ведь я поверила, что ты меня бросил. До сегодняшнего дня в это верила! — На миг останавливаюсь, делаю вдох. И распахиваю рубашку. — Чертов герой! Не сказал мне ни слова. Даже не попрощался.
Хочу ударить, но ладони замирают в миллиметре от его груди. Это какой-то новый вид гравитации — меня одновременно притягивает и не дает приблизиться.
— Лиз... От правды не всегда легче.
