Без эмоций. Будто то, что предстоит, — обязательная медицинская процедура. Разновидность зонда.
— Всё вместе.
— Надеюсь, она оставила мне хоть что-то? — Губы жены улыбаются. В отличие от глаз.
Это не тянет на ревность. Для нее в нашем браке нет места. С первого дня никто не клялся никому в верности. Оба понимали, что так будет удобнее. Насте — с моими деньгами и статусом. Мне — с постоянной любовницей, которая не станет дурить мозг по любому поводу и избавит от необходимости таскаться по борделям и кабакам с новыми заказчиками и партнерами.
— Если хочешь чего-то особенного, только намекни. — Так и не получив ответа, Настя тянется к члену. Почти касается.
Но я резко пресекаю:
— Не нужно.
Обычно мне нравится такая ласка. Настя знает, как я люблю. От темпа до глубины. И все же сейчас не хочу.
— Ты уверен? — Жена проводит пальцем по губам, размазывая помаду.
У любого другого на моем месте сорвало бы крышу. Похоть в чистом виде. Но, словно проклятый, я вспоминаю другие губы и других женщин.
Похожих как две капли воды...
Одну совсем молодую, девятнадцатилетнюю. Со светящимся взглядом и смешными ушами. Немного оттопыренными, как у сказочного эльфа. С поцелуями, от которых уносило мозг. Со смехом, всегда искренним и звонким. И другую — взрослую, расчетливую. Опасную, как клин, который можно выбить из головы лишь одним... очень древним способом.
Глава 5. Подчиненная
Самая распространенная форма абьюза — трудовая.
Обеденный перерыв в ординаторской начинается со сплетен.
Как я и предполагала, вчерашняя вечеринка для многих прошла ударно. Кто-то жалуется на головную боль и вместо кофе хлещет шипучий аспирин. Кто-то задумчиво отмалчивается. А Вероника, молоденькая медсестра с ресепшена, старательно замазывает свежий засос. Перед общим зеркалом. Не прячась.
— Кравцов ее вчера целый час в подсобке трахал, — шепчет мне Галина Михайловна, наш главный лаборант и заодно местное средство массовой информации. — Официанты к нам раз пять подходили. Спрашивали, когда начальство закончит.
У них там, в подсобке, то ли алкоголь стоял, то ли посуда.
— В следующий раз пусть заранее оговаривают срок аренды.
Я все больше радуюсь, что не осталась на презентацию. Никаких сюрпризов. Банально и предсказуемо.
— Перенервничал Николай Степанович, — хмыкает Галина Михайловна. — Не каждый день делит бизнес с другим.
— Бизнес не любовница. Конечно, жалко. — Поглядываю на часы.
До следующего, последнего на сегодня приема еще полчаса.
