Слышишь? Не разрешаю тебе уходить, - выдыхаю я при очередной серии массажа, - давай, дорогой! Давай! Ты сможешь! Давай!!!
Я потеряла ощущение времени, в голове только счет, на который я должна прерывать массаж и выдохнуть в него очередную порцию воздуха.
- Мы сможем. Давай! Дыши, зараза лохматая! Или я тебя сама убью! – и в этот момент Беригор сделал вздох. Хрипло, надсадно, но задышал. Проверяю – пульс есть.
Выпрямляюсь, с трудом разгибая усталую спину. Ко мне бросается старик и начинает целовать сапоги.
- Ты с ума сошел? Прекрати!
- Госпожа, такое только богам под силу.
Ты одна из них, да? Как благодарить тебя?
- Ярушка! – ко мне подходит Горыныч и стискивает в медвежьих объятьях, - и как же ты это? Из Нави выдернула! Спасла негодника.
А на очереди за ним еще несколько благодарных зрителей с восхищенным бормотанием и горящими глазами. Только этого мне не хватало.
- А ну-ка, прекратили! – бешусь я, - Добрыня! - рявкаю в сторону входа, - проводи всех отсюда. Внутрь никого не пускать. Хоть кто ломиться будет.
"
"Выпроводив восторженно гудящих наблюдателей, я, с помощью Хелига, начинаю ставить уколы, потом капельницы. Дозировку лекарств делаю поменьше, кто его знает как организм отреагирует. Это в нашем мире мы с детства к фармацевтике привыкшие. Температуру удалось сбить, промываем и обрабатываем раны, некоторые пришлось зашивать и перебинтовывать. Слуга беспрекословно выполняет все мои указания, хотя то, что некоторые уколы я делаю в мягкое место воеводы и вызвало у него поначалу оторопь. Но после столь чудесного спасения хозяина – он готов есть у меня с рук.
Когда мы закончили с оказанием первой помощи, Хелиг самолично принес мне воды умыться и вымыть руки, ибо потекшая косметика и разводы крови, наверняка сделали из меня чучело. Пока я умывалась, он взял нож и направился к хозяину.
- Эй, ты чего? – я отбрасываю полотенце и бросаюсь на перехват. Неужели зарежет? После того, как мы столько всего сделали для спасения? – Отойди от него, порву!
Несмотря на возраст, старик оказался довольно прытким.
В несколько прыжков оказался у изголовья Беригора, одной рукой намотал на кулак его гриву, и мгновенно полоснул ножом. Максимально близко к корням. Оказываюсь рядом через секунду и инстинктивно выбиваю нож из ладони. Он не сопротивляется. Наоборот, опускается на колени, виновато понурив голову. Левая рука все также продолжает сжимать срезанные пряди.
- Прости, госпожа. Так нужно было. Чтобы хворь ушла с волосами. Можешь теперь меня убить, если хочешь.
