- Чего? – я даже останавливаюсь от неожиданности. - Убрать сможешь?
Брови травницы взлетают вверх.
- Могу. Но…
- Убирай. Каждый должен своим делом заниматься. Еще не хватало, чтоб он из-за меня мучился.
- Спасибо, Яра. Ему бы сие с удвоенной силой отдавало, - одобрительно сверкает на меня глазами Мара и делает какие-то движения за спиной. Чувствую легкий холодок по позвоночнику. После чего меня укладывают на кровать.
Я ко всякому была готова, роликов посмотрела немеряно. Но Пересвет родился белокожим, с легким светлым пушком на голове.
Совсем не похож на сморщенных сине-красных «инопланетян» из документальных фильмов. Огласил комнату недовольным ревом и сразу затих, когда его положили мне на грудь. А я ревела и смеялась от счастья одновременно. Неужели – правда? Мой ребенок, мой малыш – тут.
- Наконец-то мы увиделись, маленький. Мама тебя очень любит, - я гладила крошечные пальчики и боялась задохнуться от счастья.
Вымотанная долгими родами я просто отрубилась, не услышав, как радостно взревел где-то Беригор, с облегчением выдохнул Драгомир, захлопала и запрыгала верная Смешка.
Не чувствовала, как служанки заканчивают меня мыть и переодевать. Эти 12 часов были самыми сложными в моей жизни. На каким ослепительно-счастливым был финал!"
"Расставаться с Пересветом было выше моих сил, поэтому он действительно проводил почти все время на ристалище. Где его постоянно могли видеть я и гордый отец. Единственное, что меня омрачало – это отсутствие молока, но с кормилицей проблем не возникло, конкурс был как в хороший столичный ВУЗ.
А сон у малыша был таким богатырским, что ему не мешал ни звон мечей, ни крики бойцов.
Моя незаменимая Смешка незаметно перешла в категорию старшей горничной. Командовала кормилицей и остальными девками. Не зазналась, но командирские замашки все-таки проявились. Надеюсь, это я на нее так дурно повлияла?
Помолвка Джанибека со Смиренкой все же состоялась. Во время церемонии каганчи насмешливо косился на малолетнюю невесту и на меня – мол, посмотри, это все из-за тебя.
Но я-то знала, что брак выгоден всем сторонам, и насильно его в женихи никто не тянул. Подписав мирный договор и сговорившись о сотрудничестве, Джанибек уехал, но писал письма. Невесте, приводя ее в застенчивый восторг, и - мне. Знатно выбешивая Беригора витиеватыми комплиментами в мой адрес. Подозреваю, что писал, во многом, ради этого. Я не упоминала о том, что его невеста начала посещать мои занятия, но подозреваю, что девочка не могла смолчать.
